Потом прибежали врачи с носилками и попытались оторвать Ирэн от меня, но она еще крепче прижалась к моей груди и все плакала навзрыд, а я гладил ее рукой по голове и приговаривал:
– Все кончилось… Теперь все будет хорошо… Пожалуйста, милая, любимая, хорошая моя, не надо…
А она боялась людей в масках, с ужасом косилась на них, и ее пальцы нервно царапали мою спину, и я чувствовал, как рвет ткань куртки браслет от наручника, который все еще не отпускал ее запястье.
Не помню, сколько мы так простояли. Кажется, на улице уже занимался тяжелый и сырой рассвет.
Появились люди с видеокамерами и фотоаппаратами. Они снимали все подряд: пульт, экран монитора, разбитый плафон аварийного освещения, раздавленный бокал, полковника и нас с Ирэн.
А потом я увидел Мухину. Эльза ходила по кабинету, сунув руки в глубокие карманы плаща, и каблуки ее сапожек цокали по протертому паркету. На ее губах блуждала улыбка, легкий взгляд скользил по раскиданным по полу предметам. Я не хотел смотреть на нее, но наши взгляды случайно встретились, и она мне кивнула.
Я усадил Ирэн на диван и накрыл пледом, который нашел в нише, где стоял сейф. Там же нашел бутылку с мартини и дал ей отхлебнуть прямо из горлышка.
– Я тебя поздравляю, – сказала мне Эльза, сладко затянувшись сигаретой и выпустив дым в сторону. – Ты смог сделать невозможное. Преклоняю голову… Молодец. Мне очень лестно, что я знакома с тобой… Это правда.
Я сделал глоток из бутылки. Глаза Эльзы светились теплым огоньком. Под глубоким разрезом блузки колыхалась грудь.
На ней, словно змеи на бахче, лежали бусы из полированных кусочков черного дерева и янтаря. Эльза бросила окурок под ноги и затоптала его каблуком.
– И меня поздравь, – добавила она. – Я передаю твое дело в госбезопасность, что избавит меня от неприятной процедуры допрашивать тебя. Отныне нас с тобой не связывает ничто, кроме приятного знакомства. Так ведь?
Она шагнула ко мне, положила ладонь мне на затылок, прикрыла глаза и крепко поцеловала в губы.
Отстранилась, опустила глаза и что-то тихо произнесла, кажется: «Вот так…»
Я обернулся. Ирэн в кресле не было.
– Кирилл, – тихо сказала Эльза. Ее глаза блестели. – Она ушла… Не оставляй меня… Пожалуйста… Ее уже не вернешь…
Я брел по невыносимо длинному коридору. Люди в масках уступали мне дорогу. Пожилой врач в белом халате и с чемоданчиком в руке едва поспевал за мной и предлагал помощь. Трупы уже убрали. Запах крови и пороха почти выветрился.
