Тягаться здесь с внедорожником было наивно и смешно, как если бы соревновались мотоциклист и велосипедист, но «Лендкрузер» хоть и отрывался от меня, но подозрительно медленно. Лишь когда дальний свет моих фар успел выхватить из темноты заднее колесо джипа, я заметил, что оно спущено. Он где-то пробил баллон, но, конечно же, не мог остановиться и поставить запаску. Это позволяло мне по-прежнему висеть у него на хвосте.
Мотор бедного «жигуля» выл и хрипел, словно я мучил раненое животное. Бесчисленное количество раз днище с глухим стуком ударялось о неровности грунтовки.
От таких перегрузок коробка передач должна была давно развалиться, и я сам не мог понять, почему машина продолжала работать."
"Мы мчались в облаках пыли уже минут двадцать. Подъем стал еще круче. Дорога сузилась, и ее со всех сторон обступили деревья. Нас окружал дремучий ночной лес. Время от времени дорога раздваивалась, и «Лендкрузер» выбирал то правую ветку, то левую. Я даже приблизительно не мог сказать, в каком районе мы находились.
Кроны гигантских деревьев сплетались вверху, и не было видно ни неба, ни луны. Казалось, что мы мчимся по широкой черной трубе. С каждой минутой подъем становился все более крутым. Я уже не отпускал педаль газа, не менял передачи. Мотор захлебывался от напряжения, тахометр зашкаливал, приборы сигнализировали о перегреве, но мой «жигуль» все равно отставал от джипа. Вскоре я видел перед собой лишь пылевую завесу, в которой лучи фар увязали, словно пальцы в банке с медом. Через несколько минут дорога опять раздвоилась, но я уже не знал, куда именно поехал джип.
Пришлось остановиться, выбежать из машины и, опустившись на четвереньки, осмотреть следы. Как назло, многочисленные ленточные отпечатки протекторов вели в обе стороны. Потрясая кулаками, издавая проклятия, я прыгнул за руль и, выбрав дорогу наугад, помчался дальше. Я безнадежно проигрывал, и это уже трудно было оспорить.
Минут через десять путь мне преградил шлагбаум, посреди которого кровавым пятном висел дорожный знак с белой горизонтальной полосой: въезд запрещен.
Пришлось снова выйти. Пыль, словно густой туман, не позволяла мне увидеть, что было за шлагбаумом. Казалось, на этом месте земля заканчивается, а дальше – только пропасть. Я подошел к шлагбауму и попытался его приподнять. Но он был связан крепкой цепью, на которой подобно кулону висел замок. Неужели убийца открыл замок и проехал за шлагбаум?
Я не нашел ответа на этот вопрос. В свете фар вдруг появились две рослые фигуры.
