Когда выпоротый Пупс попросил партнершу присесть над ним на корточках и…
— Прекратите! — заорал Котляр страшным голосом.
В трубке проскрежетал смех:
— Опасаешься, что кто-нибудь подключится к линии, Боря? Напрасно. Настоящая беда может произойти, если одна из отснятых кассет с твоим участием пойдет гулять по рукам муровцев. Другая попадет твоей жене. Третья… Ну, скажем, начнет хождение в той самой школе, где учится твоя дочь.
По роду своей профессиональной деятельности Борис Львович Котляр отличался завидной оперативностью мышления.
— Что я должен сделать, чтобы это… кха… приключение не получило огласку? Учтите, денег у меня нет. Я могу лишь оказать какую-нибудь услугу или…
— Услуги будет вполне достаточно.
— А где гарантии, что…
— О гарантиях потом. Сейчас слушай и запоминай… Пупс!..
* * *Отключив трубку мобильного телефона, Серый подумал о том, как далеко шагнул прогресс за время его отсидки. Московская клофелинщица ищет клиентов через всемирную компьютерную сеть, это же просто уму непостижимо! Муровцы обзавелись визитными карточками «внештатных консультантов» коммерческих фирм, проставляя в них не домашний, а служебные телефоны.
В свободной продаже лазерные диски, на которых содержится «закрытая» информация о жителях столицы. Находишь в списках Котляра Б. Л., делаешь запрос — и получаешь на блюдечке все его данные. Короче, двадцать первый век.
Опять же — пластическая хирургия. Можно свести лазерным лучом любую татуировку, а можно и о личике своем позаботиться. Некоторые мечтают об омоложении, а Серый просто сказал лекарю, что ему надоело видеть в зеркале одно и то же отражение.
И что? Никаких скальпелей и прочих допотопных железяк. Все тот же волшебный лазер, несколько впрыскиваний силикона, коррекция кожи — и порядок. Больше всего Серому понравилось то, что почти исчезло его сходство с ненавистным Чертановым. Он бросил взгляд в зеркало и с удовольствием провел пальцами по своему видоизменившемуся лицу. Нет, все-таки сходство с ментом осталось, но сейчас Серому это даже на руку.
"
"Все было готово к запланированной акции на Рязанском проспекте. Трезвый Гончар дрых в соседней комнате. Очаровательница, обработавшая Котляра, ждала звонка. Это была одна из тех самых повзрослевших сестричек-лисичек, с которыми гужевался Серый, когда его повязали менты. Черненькая, подвижная. Стоило Серому подобрать к ней ключик, и оказалось, что она готова не только «бутерброды» или танец живота исполнять, но и все, о чем ее попросит старый знакомый.
