По складу характера он был авантюристом и наверняка считал себя разведчиком, оказавшимся в стане неприятеля.
Шибанов поежился. Мартовский воздух был прохладен, и он уже пожалел о том, что не надел свитер под легкую куртку. Еще минут пятнадцать подобного ожидания, и он будет неотличим от статуй, навеки застывших в парке.
Кочан возник за спиной неожиданно, словно материализовался из воздуха. Кашлянул негромко над ухом вздрогнувшего Шибанова и, весьма довольный произведенным эффектом, присел на холодную скамью:
— Привет, начальник.
— Ты заставляешь себя ждать.
— Через весь город на перекладных добирался, начальник. У тебя ведь служебная машина. Пальцем щелкнул, и тебя куда угодно отвезут, а мне приходится свои кровные палить.
— Ты чего свистишь? — возмутился Григорий, одновременно удивляясь себе, что способен стойко выдерживать такое хамство. — У тебя же есть машина!
— Разбил я ее, начальник! — чуть ли не радостно объявил Кочан. — Вдрызг разбил! На Кольцевой… Один баран остановил свою тачку на крайней левой полосе, так я в нее со всего размаху въехал.
Не знаю, как живой остался.
— Пьяный, что ли, был?
— Самую малость, — широко осклабился Кочан.
— Права, наверное, забрали?
— А ты думаешь, я ментов дожидаться, что ли, буду? Вылез из машины и пошел себе. А там попробуй докажи, что это я за рулем был! Угнали у меня машину, вот так-то!
— А ты хитрец.
— С вами без хитрости нельзя, быстро на кичу определите. Хе-хе-хе!
— Ты об ограблении антиквариатчиков слыхал? — перешел на деловой тон Шибанов.
— Конечно, слыхал, начальник, — кивнул Кочан. — Весь город по этому поводу гудит. Каждую неделю кого-нибудь из них убивают.
— Что ты можешь сказать об этом, Кочан?
На свое погоняло парень не обижался. При высоком росте и узких плечах его голова выглядела безобразно огромной и в самом деле напоминала выросший в чистом поле овощ. Сходство усиливали огромные уши, торчащие по бокам головы словно капустные листья.
— Начальник, вчера с корешами водяру жрали, до сих пор не могу оклематься.
Может быть, ты мне на оздоровление деньжат подкинешь? А то в горле пересохло, боюсь, как бы слова к языку не прилипли. Пивком бы освежиться.
Шибанов усмехнулся. Кочан любил устраивать праздники из подобных встреч и по возможности старался урвать у куратора хотя бы полтинник.
— На, возьми! — протянул Шибанов сто рублей. — И не забудь вернуть сдачу. Это ты у нас левыми заработками промышляешь, а я на голом окладе сижу.
— Начальник, в натуре!..
