— А твой дружок, оказывается, левша, — констатировал Чертанов. — Я слышал, что они неплохие любовники, — и, не дожидаясь ответа, направился к двери.
* * *Расположившись у телевизора в мягком кресле, Чертанов нажал кнопку пульта. На экране с высоты четырнадцатиэтажного здания хорошо просматривалась Таганская улица. Место хлебное, способное обеспечить безбедное существование нескольким десяткам бритоголовых мальчиков.
А вот, кстати, и они.
Оператор приблизил группу молодых парней. Встав в круг, они о чем-то весело разговаривали, энергично запрокидывая стриженые головы.
Смеялись. Многочисленные прохожие, стараясь не смотреть в их сторону, предпочитали лучше пройтись по проезжей части улицы, чем приблизиться к ним. Вели себя парни вызывающе, хлопали друг друга по плечам и норовили ухватить за руки проходящих мимо девушек.
Потусовавшись на углу улицы, парни направились к своим машинам, готовясь к объезду вверенных им точек. В сущности, распорядок дня у них всегда один и тот же. Соберут дань, сдадут выручку по назначению и с чувством выполненного долга отправятся просаживать свою долю в кабаках.
Правда, если повезет. Потому что каждого из них может поджидать очередная засада.
После тщательного изучения видеокассет Чертанов выяснил, что у каждого из этих молодцов имеются «хитрые» точки, откуда они единолично получают мзду. Если следовать понятиям, то это был один из самых страшных грехов, и носил он вполне конкретное название — крысятничество. Худшее из зол — красть у своих. За подобные штучки на зоне определяют в петушиный угол.
Но эти — на свободе. Молодые. Жизнью не битые. А если и получали затрещины, то они им впрок не пошли. Что ж, Чертанова их недальновидность вполне устраивала. Проштрафившихся парней следует держать на крючке. Они честолюбивые, наглые, с большими амбициями. Лет через пять, если их, конечно, не грохнут раньше, они могут занять ключевые места в криминальном мире столицы, и тогда окажутся весьма полезны. А если же будут несговорчивы, то придется обнародовать их крысиные повадки.
Он дотянулся до телефона и набрал номер Репы:
— Петр?
— Слушаю, — голос Репы прозвучал слегка раздраженно.
— Узнаешь, кто тебе звонит?
— Понятия не имею, кто это?
— Бес!
— А-а, — уважительно протянул Репа, — знатное погоняло. Кто же Беса не знает. Гражданин начальник, ты хоть знаешь, где меня перехватил?
— Расслабляешься? — предположил Чертанов.
— Ты что-нибудь слышал про нудистов?
— Это те, что собираются в Серебряном бору и ходят нагишом.
