Она должна была знать, на что идет. Когда убивают богатого мужчину, первый человек, на которого падает подозрение — его супруга или сожительница. Либо твоя невеста тупая, либо ты ее окончательно достал.
— Ты, я смотрю, слишком умной стала. Милена считает, что нас с ней вчера расписали. Я не стал ее тревожить и говорить о том, что мы с тобой забыли развестись и дело затянется, — холодно бросает Ярослав, а потом резко встает с кровати, и я ахаю. Он оборачивает вокруг пояса простыню, и нервно выдирает иглу капельницы из катетера в руке, — отвернись.
Я оденусь.
— Ты долбанулся? — ошалело интересуюсь я, — ты должен лежать.
— Замолчи? — он кидает на койку свою одежду и сдирает с бедер простынь, принимаясь одеваться, а я прикрываю ладонью глаза. Фу, как неприлично. Но зад у него неплохим стал. Хорошо, хоть размеры хоботка не изменились — такой бы несправедливости бы моя душа не выдержала.
Подумать только, все это досталось феерично глупенькой женщине, которая заказывает киллера для мужа на следующий день после свадьбы.
После дистанционной свадьбы... как вообще Ярослав хотел их расписать без присутствия супруги?
Если бы я хотела убить его — я бы удостоверилась бы, что мы действительно в браке и что прошло достаточно времени, чтобы успешно изображать убитую горем жену.
Я убираю ладонь от глаз, потому что становится подозрительно тихо. И вижу, как Ярослав стоит, опираясь рукой на тумбочку, чуть согнувшись и сморщившись от боли.
Черт, это безобразие.
Мне третий раз за день становится его жалко.
— Послушай, — пытаюсь я достучаться до него, — если ты сейчас будешь скакать через боль, то твоя женушка реально получит, что хотела — твой хладный труп.
Ярослав выпрямляется, выдохнув. Медленно разворачивается и идет в мою сторону. Я пячусь к двери спиной, а когда он приближается ко мне, то раскидываю в стороны руки.
— Послушай, — осторожно говорю я, — не надо. Лучше ляг.
— Ляж.
— Ты такой же безграмотный ,как и раньше, — морщусь я, — правильнее «ляг».
Слышал меня? Я не хочу проблем, если ты помрешь прямо при мне или в коридоре. Мы все еще не в разводе. На меня точно повесят твое убийство. Давай я уйду, а ты через пару часов умрешь?
— Отойди, Василиса, — произносит медленно не-бывший муж, а я зажмуриваюсь. Очень сложно будет его задержать, даже с учетом ранения. Он стал таким здоровым. Он и был достаточно высоким, но с мышцами он вообще широкий.
— Я буду звать доктора.
