Чертов Ярослав не оставил мне номер телефона, а попытки дозвониться по старым номерам, которые я откопала где-то в недрах старых документов, оказываются бессмысленными: на том конце трубки я слышу незнакомый голос и тут же сбрасываю вызов.
Когда, наконец, телефон звонит, я раздраженно принимаю вызов и рявкаю:
— Да?!
— Добрый день, это Василиса? — мягко спрашивает мужчина, — я по поводу студии...
О-о-о!
Я подавляю тяжелый вздох, отвечаю на вопросы клиента: да, студия большая, в ней евроремонт, с животными и детьми нельзя, соседи хорошие, договор хозяин подписывает минимум на год.
— Можно ли сегодня встретиться и взглянуть? — как-то грустно спрашивает дядька, — с женой разошлись. Теперь ищу срочно квартиру...
«Нет, я, к сожалению, занята» отвечать глупо. За этот объект я получу хороший процент. Пока Ярослав не купил квартиру, я должна браться за любую возможность заработать, тем более, бывший муж сегодня ни разу не почесался со мной связаться. Черт с ним, что случится за два часа моего отсутствия?
— Да, конечно, — отвечаю я, — когда вам удобно?
— Я могу быть там через час.
..
Отлично."
"Бедный мужчина. Остаться перед Новым годом на улице — это очень обидно. Даже я не смогла бы вышвырнуть Ярослава так жестоко. Подождала бы первое января, хотя бы.
За то время, пока я собираюсь и еду в автобусе на объект, по-прежнему не поступает ни одного звонка от Ярослава. Когда я встречаю низенького дядьку лет пятидесяти — телефон молчит тоже. И только когда я показываю дядьке студию, а он радостно предлагает взять ее прямо сегодня, и мы договариваемся встретиться в офисе, телефон внезапно начинает настойчиво вибрировать в заднем кармане.
Я дожидаюсь, когда дядька покинет квартиру и принимаю вызов.
— Да? — отвечаю со вздохом, надеясь, что это не очередной мужик, которого вышвырнула жена из дома.
— Василиса, простите за задержку, — низкий, мужской голос только начинает говорить, а я уже каким-то шестым чувством понимаю, что это не клиент, — Ярослав хотел меня прислать за вами еще с утра, но случился форс-мажор.
К сожалению, он сейчас в больнице...
— О, боже, — я растерянно перебиваю, похолодев. Неужели Ярослав отравился моей злостью? Ладно, шутки-шутками, но беспокойство почему-то неприятно дергает в сердце, — что случилось?
— Стреляли в него, — спокойно сообщает мужик, словно это что-то такое, обыденное, а я таращу глаза, — Василиса, вы готовы? Ярослав потребовал, чтобы вы приехали сейчас же.
