Как по мне, так и чересчур, потому что случилось это внезапно, и мы пока ещё толком и понять-то ничего не успели, как эти ухари были уже среди нас.
Резкий болезненный удар ожог мне правое плечо, но я предпочёл не выказывать недовольство, а поспешно вытянулся по стойке смирно. Похоже это время выбрано намеренно, и сделано всё так, чтобы мы никак не успели отреагировать на приказ, получив свою порцию наказания. Иными словами сходу дать понять всем, что теперь у нас началась новая жизнь, и мы больше не принадлежим самим себе.
Кстати, приблатнённые тоже не выказали никакого недовольства, хотя и им перепало. Вместо этого вытянулись в струнку, стараясь не смотреть на командиров, но во взгляде Назара я приметил нехороший огонёк. Как пить дать, затаил злобу на прошедшегося по нему ефрейтора. Ну и дурак. Ему же хуже.
— Итак, господа новики, гражданка осталась там, за стенами вербовочного пункта. Большинство из вас пришло во флот чтобы получить нейросеть третьего класса, с радужными надеждами на большие перспективы.
Самая крупная ошибка в вашей жизни. Потому что с этой минуты вы никто, имущество принадлежащее флоту и вашим командирам, которым они вольны распоряжаться по своему смотрению. Но для начала давайте упорядочим эту толпу, которую вы из себя представляете, в нечто более организованное. Сейчас сержанты будут зачитывать ваши фамилии. Услышавший её подходит к своему будущему командиру и занимает место в строю рядом с ним.
На центральный проход вышел первый сержант, и чуть расфокусировал взгляд, что говорило о том, что он вызвал интерфейс нейросети.
Секунда, и он выкрикнул первую фамилию. Названный отозвался и поспешил встать слева от командира. Так и пошло. Сержант выкликал очередного новика, то спешил в строй.
Судя по всему, нас сейчас разбивали на команды по будущим специальностям. В десант записалось не меньше половины. Но тут же были изъявившие желание осваивать флотские специальности, каковых не так чтобы и мало. К этим парням требования по физической подготовке не такие строгие.
Зато нужно уметь пользоваться мозгами.
Меня назвали где-то в середине списка, и я оказался в первых рядах третьего взвода. Вскоре вызвали Малахова, который не преминул по этому поводу скорчить недовольную мину. Затем Ляпишева, откровенно обрадовавшегося данному обстоятельству. Далее Груздева. Каковым оказался Назар, вот уж подфартило, так подфартило. Мало мне было Андрея. А вот и Степанов, по имени Прохор, тот самый первый приблатнённый. Полный комплект.
