Но теперь, когда ее не стало, Константин Эдуардович будет жить здесь.
– Мама, не поздно ли заводить милого дружка?
– Он мне не знакомый и не друг, – твердо ответила мать, – он мне любимый человек. Твоего отца нет в живых уже пятнадцать лет, его память это не потревожит. А если родственники шокированы, то мы пойдем в загс и официально поженимся.
– Час от часу не легче! Выйти замуж в семьдесят лет! Это противоестественно. И Тамара тоже так считала.
– А я считаю противоестественным, когда женщина с тридцати лет живет одна и, не имея собственных детей, работает директором школы! – возмутилась мать.
– Я и Тамаре это говорила, но с ней не поспоришь. В первое время я не настаивала, думала, что она как-нибудь свою жизнь устроит. А потом не хотела травмировать Константина Эдуардовича. Ты ведь знаешь, какой у Тамары был характер, она превратила бы нашу жизнь в ад.
– Но зачем тебе поселять его здесь?
– Я хочу, чтобы он находился рядом. Хочу вечерами пить с ним чай и смотреть телевизор, читать одни и те же книги, гулять в скверике, утром завтракать вместе.
Тамара не могла этого понять, но у тебя-то есть семья – муж, дети, почему же ты возмущаешься?
– Не знаю… но все не одобряют, – растерялась Лера.
– Какое нам дело до всех! – Мать обняла ее и заглянула в глаза: – Дочка, мне семьдесят два года, может быть, совсем немного жить осталось, неужели я не заслужила капельку счастья перед смертью?
– Что ты, не говори так! – испугалась Лера.
– Значит, решено, на той неделе он сюда переезжает.
– Ну подожди хотя бы сорок дней!
– Что ты, в нашем возрасте мы не можем так долго ждать!
Сергей позвонил, подождал. Дверь не открывали, но изнутри доносился шум текущей квартирной жизнедеятельности. Сергей нажал кнопку еще и еще раз. Наконец послышались торопливые шаги, дверь распахнулась, и Сергей увидел невысокого худенького мужчину в тренировочном костюме и кокетливом розовом передничке с рюшечками. Вытирая мокрые руки о передник жестом усталой домохозяйки, мужчина извинился:"
"– А я не слышу звонка, я там постирушку затеял, вода льется.
А вы, наверное, к Валентине Сергеевне, так ее нету еще.
– Я капитан Гусев из УВД, и похоже, что именно к вам. Хочу поговорить об убитом директоре школы номер пятьсот восемнадцать Стаднюк Тамаре Алексеевне.
– Убитой? – в голосе мужчины прозвучало неподдельное изумление. – Ее убили?
– Да, пять дней назад в школе вечером.
