Но теперь я вижу, вы этого не заслуживаете.
Он заломил руку Надежды за спину и потащил ее к тяжелому металлическому, похоже, бывшему зубоврачебному креслу. Закусив губы от боли, Надежда пыталась сопротивляться и даже укусить злодея в плечо, но безуспешно. Тогда она решила действовать более удобным оружием – насмешкой. Как можно язвительнее она проговорила, вернее, прохрипела:
– А где же ваша знаменитая роза? Или мне розы не положено? Ах, ну да, у меня ведь сегодня не день рождения! И вообще я на вас страшно обижена – ведь мне еще очень далеко до вашего любимого возраста! Прибавить женщине несколько лет – да это для нее похуже смерти!"
"Надежда несла чушь, а сама все больше и больше падала духом.
Как видно, никто не придет ей на помощь, и жизнь ее закончится очень скоро с помощью этого ненормального.
– Заткнетесь вы когда-нибудь? – рявкнул Трегубович. – Вас, похоже, даже могила не исправит!
С этими словами он толкнул Надежду в кресло и широким пластырем примотал ее запястья к подлокотникам.
Надежда, улучив момент, изо всех сил пнула его свободной ногой по щиколотке. Арсений Петрович тихо выругался, потер ушибленное место и примотал ноги Надежды к ножкам кресла.
– Ну вот, – удовлетворенно констатировала Надежда, – теперь вы не только кривошеий, но еще и хромой!
Трегубович злобно рявкнул:
– Если не заткнетесь, я вам еще и рот пластырем заклею!
– Только не это! – взмолилась Надежда, лишиться права голоса было для нее страшнее всего. – Я не стану вас оскорблять, но все же, где вы возьмете розу?
– Никакой розы! – заявил Трегубович.
– Я уже говорил – вы не входите в программу моего эксперимента, вы идете по другой, если можно так выразиться, статье.
Надежда поежилась от его бухгалтерской терминологии.
– Ваша смерть, – деловито продолжал Трегубович, – не приведет к улучшению жизни ваших окружающих…
– Никогда в этом не сомневалась! – вставила Надежда.
– Я совершенно не желаю, чтобы вас ошибочно отнесли к участникам моего эксперимента – достаточно того, что в него включили директора магазина «Марат».
– А кстати, она ведь очень подходила вам по параметрам, – оживилась Надежда. – И возраст, и характер…
– Может быть, – сухо ответил доктор, – но свой эксперимент я желаю проводить сам. Этак еще и теорию отнимут!
– Да не беспокойтесь вы, никто на вашу теорию не покушается!
– Так что с вами придется организовать все так, чтобы создать видимость несчастного случая, – твердо продолжал доктор.
