Дыхание участилось, вместе с ним и пульс, во рту резко пересохло, грудь начала ныть, а внизу живота разлилось невероятное тепло.
– Да к черту все, Красная Шапочка, иди сюда.
Горячие ладони на плечах, горячие губы на губах и полная потеря рассудка.
Глава 16
Точно, к черту все, буду трахать эту малышку, пока ноги не начнут подкашиваться. Именно с этими мыслями Волков жадно целовал свою секретаршу, забывая про свои установки и принципы.
Желание оказалось сильнее.
Целует, ухватив одной рукой за шею, другой снимая с нее кофточку, бросая на пол.
Скользит руками по телу, гладкой коже, сжимает грудь, Настя стонет в губы так откровенно, что яйца поджимаются и начинают гудеть.
Нет, тот поцелуй на парковке был ничем в сравнении с этим, Волкова начинает трясти, в ушах шумит кровь. Что такого в ней особенного, что так накрывает?
Отрывается от губ, скользит языком по шее, опускается ниже, накрывает сосок губами, нежно посасывая его. Да что же это такое происходит? Ее собственный босс на ее собственной кухне сейчас трахнет ее, и Ветрова совсем не будет против?
Выходит, что так.
Настя теряется в ощущениях, кусает зацелованные губы, смотрит на то, как мужчина лижет ее соски по очереди, как вбирает нежную плоть в рот. Она чувствует, как при этом намокают ее трусики от возбуждения, которого она никогда раньше не испытывала.
– Сними это, к черту штаны, через которые все видно.
Пять секунд – и вот Настя уже голая, полотенце падает с бедер Волкова к их ногам, девушка смотрит широко раскрытыми глазами на огромный торчащий член.
На то, как мужчина сжимает свои яйца, потом гладит ствол, головка бордовая, блестит от смазки, которую он размазывает по ней пальцами.
А у Ветровой в голове ни одной мысли, лишь вопрос: «Что такое вообще сейчас происходит?» Но она сама хочет, и это какое-то животное желание сейчас преобладает над разумом.
Рывок, Сергей подхватывает девушку под ягодицы, усаживая на кухонный стол, что-то с него падает на пол, разводит колени в стороны. Пальцы мужчины накрывают самое сокровенное место, на них влага.
Размазывая ее по промежности, дразнит клитор, целует в шею."
"Настя стонет в голос, в груди огонь, все слишком остро и чувствительно. Совсем посторонний мужчина, которого она знает три дня, ее босс, ласкает ее между ног, а она течет и хочет еще. Неужели в Ветровой где-то все это время пряталась развратная сучка? Но когда мужчина во время ласк клитора и половых губ начинает посасывать сосок, возбуждение накрывает с большей силой.
