Да, они немного подкачали, но кому какое дело? Впрочем, девушка шла быстро, стараясь скорее скрыться за дверью.
И вообще, если бы она вернулась на высоких каблуках на голую ногу, покоряя сугробы, был бы совсем иной эффект. Клавдия Никаноровна с Лидией Григорьевной просто сошли бы с ума от её вида.
– Ой, да хватит смеяться, не смешно, не помрешь. Маркиз, мальчик мой любимый, хороший, замечательный. Ты мой котейка сладкий, – Настя схватила с пола Маркиза, начала тискать, прижимать к себе, кот сопротивлялся как мог, не понимая, за что ему досталась такая порция агрессивной нежности.
– Я так и знала, у тебя завёлся мужик.
– Лиза, заводятся вши и тараканы, а мужчины в жизни появляются.
– Да, да. Кто он? Ну-ка, ну-ка, надо подумать, но я даже не угадаю, вокруг тебя одни придурки или вообще нет никого. Взять хотя бы бывшего твоего Ромочку или этого соседа Матвея. Я вчера в магазин вечером ходила, так он увидел меня, перешел на другую сторону улицы и сделал вид, что не узнал. Он вообще нормальный, может, наркоман?"
"– Лиза, прекрати.
Я не знаю, кто наркоман, кто нет. Но если я начну обсуждать твоих дружков, то вечера не хватит, а уж тем более перечислять их особенности.
Настя отпустила кота, пошла на кухню, налила стакан воды, выпила залпом.
– У меня нет никаких дружков. И с чего это ты решила, что я не могу делать какие-то заключения о мужиках своей сестры?
– Ты младшая сестра, поэтому должна закрыть рот и слушать меня.
– Ха-ха-ха три раза. С чего это ради? Мне почти двадцать.
– Будет – восьмого марта, подарочек ты наш к женскому празднику.
– Да, мне будет двадцать, а тебе будет двадцать три совсем скоро. Так что если ты старше меня, то всего на два года.
– На два года и семь месяцев.
– Короче, неважно, пусть так, это неважно и не дает тебе права затыкать мне рот, чтобы я не могла обсуждать твоих мужиков. Но размер, я смотрю, хороший, значит, здоровый мужичок. Давай рассказывай, а то я лопну от любопытства.
– Ничего я тебе рассказывать не буду, и не проси.
Настя ушла в свою комнату, хлопнула дверью, легла на кровать, раскинула руки, закрыла глаза и мечтательно улыбнулась, вспоминая все, что произошло за выходные.
– Мать, ты точно влюбилась. Господи, какое глупое выражение лица. Не дай бог я так же буду себя вести. Если я буду так же улыбаться и, закрыв глаза, валяться на кровати, ударь меня. Ударь меня по голове кирпичом.
Елизавета легла рядом, начала тормошить сестру, но Насте было все равно, она была счастлива.
