Попробуй-ка, найди среди людей такую девчонку, которая не испугается маски и согласится заглянуть Тамлину в душу. Мало того, Амаранта обрекла нас на молчание. Мы не могли ничего рассказать тебе ни о ее проклятии, ни о нашем мире и нашей участи. Потому и Тамлин, и все мы будто не слышали твоих вопросов. Эти сказки насчет болезни — самое лучшее, на что он был способен, чтобы тебя предостеречь… Спросишь, почему я сейчас выкладываю тебе все? Да потому, что… ее игра кончилась.
Асилла убрала нож в карман.
— После ее проклятия Тамлин в первое время чуть ли не ежедневно отправлял своих фэйри в ваш мир. И в лес, и в поля, поближе к деревням. Всех — в волчьем обличье. Надеялся, что так скорее кто-нибудь из ваших девчонок отважится убить его посланца. Те, кто возвращался, рассказывали, как ваш женский пол в страхе и с воплями разбегались или умоляли пощадить их. Никто не выпустил по волкам Тамлина ни одной стрелы. А те, кто не возвращался… Тамлин вопрошал их души и узнавал, что их убили человеческие охотники.
Среди охотников, возможно, были и женщины, но зрелого возраста. Такие не годились… Это продолжалось два года. Когда от его воинов осталась всего горстка, Тамлин призадумался и бросил свою затею. С тех пор он обосновался здесь и, как мог, защищал границы нашего Двора. Остальные Дворы уже находились под властью Амаранты, и что там творилось — тебе лучше не знать. Конечно, не все верховные правители покорились ей. Сорок лет назад трое выступили против нее.
Амаранта казнила их и почти всю их родню.
— Значит, в Притиании был мятеж? Какие Дворы выступили против Амаранты?
Эта весть придала мне сил. Я отошла от стены и расправила плечи. Возможно, я отыщу союзников и они помогут мне освободить Тамлина.
— Это были Дворы дня, лета и зимы, — ответила Асилла. — Только мятежом там и не пахло. Так, мелкие бунты. Амаранта сумела привязать нас к землям наших Дворов. Взбунтовавшиеся верховные правители не могли сами отправиться за подмогой и обращались к кому придется.
В том числе и к вашим бесноватым девкам. «Дети благословенных» — так они себя называют. Поклоняются нам, как богам. Эти отваживаются пересекать Стену, думая, что их тут в невесты возьмут. Всякое я про них слышала. И жалко их, и злость берет — надо же быть такими дурами!
Мне вспомнился рынок в соседнем городишке и глупо-восторженные лица тех девиц. Как давно это было.
— Они пересекали Стену и сразу попадали в лапы Амаранты.
