Я удивлялась пустоте коридоров и не подозревала, что это лишь искусная видимость пустоты.
Во мне поднимался запоздалый гнев, и я изо всех сил старалась не выпустить его наружу. Губы Тамлина искривились. Он уловил мои мысли, хотя и не мог до конца скрыть своего изумления.
— Мы потратили немало сил на все это, — признался он.
— Но ведь я видела нагов. И пэку, и суриеля тоже видела. А когда ты принес фэйри с… оторванными крыльями, я увидела и его, — сказала я, содрогаясь от жуткого воспоминания. — Почему? Неужели они сильнее защитных покровов?
Глаза Тамлина помрачнели.
— Они не принадлежат к моему Двору, а потому мои защитные покровы на них не распространяются. Пэка — подданный ветра, погодных стихий и всего переменчивого. А наги… наги принадлежат к совсем иному миру.
— Понятно, — соврала я, хотя ровным счетом ничего не поняла.
Почувствовав это, Ласэн хмыкнул.
— Смотрю, ты опять погружен в дела, — сказала я, косо поглядев на него.
Ласэн невозмутимо чистил ногти острием кинжала.
— Да, Фейра. Я был занят.
Полагаю, и ты тоже.
— Как понимать твои слова? — спросила я, чувствуя подвох.
— Если я предложу тебе луну на веревочке, ты и меня поцелуешь?
— Не будь придурком, — огрызнулся на него Тамлин.
Продолжая посмеиваться, Ласэн покинул столовую.
Я снова осталась наедине с Тамлином и стояла, переминаясь с ноги на ногу.
— Если я опять столкнусь с Аттором, теперь я его увижу? — спросила я, желая рассеять тягостное молчание.
— Да, и такую встречу приятной не назовешь.
— Ты говорил, что он меня не видел.
Аттор — не твой подданный. Как тебе удалось скрыть меня от него? И зачем?
— Едва мы вошли в сад, я окружил тебя плотным защитным покровом. Потому-то Аттор тебя не увидел, не услышал и не учуял.
Тамлин смотрел в окно за моей спиной, его рука теребила волосы.
— Я делал все, что в моих силах, чтобы ты стала невидимой для таких, как Аттор. Кстати, есть существа и похуже. Болезнь снова наползает, и все больше таких существ высвобождаются из оков.
У меня свело живот.
— Я в любом случае призываю тебя доверять не глазам, а внутреннему чутью, — продолжал Тамлин.
— Аттора ты теперь увидишь в его истинном обличье. Но тебе могут попасться фэйри, которые захотят тебя обмануть. Какими бы внешне прекрасными они ни казались, если тебе вдруг станет не по себе, притворись, что не видишь этого красавца. Не вступай с ним в разговоры. Если они причинят тебе вред, я… последствия будут одинаково тяжелыми и для них, и для меня. Помни о том, что случилось с нагами.
