Это была не вода, а что-то более редкое и драгоценное.
Тамлин взял меня за руку и потащил вниз по склону. Его мозолистые пальцы слегка царапали мне кожу. Потом он разжал их, одним прыжком перемахнул через змеящийся корень старого дерева и оказался у самой кромки пруда. Мне же пришлось с пыхтением перелезать через этот корень.
Присев на корточки, Тамлин зачерпнул ладонями воду, потом наклонил их, давая воде вытечь обратно.
— Ты только посмотри, — шепнул он.
Струйки воды, искрящейся серебром, падали в пруд, морща его глянец.
Рябь переливалась всеми цветами радуги.
— Это похоже на звездный свет, — тихо проговорила я.
Тамлин усмехнулся и снова зачерпнул ладонями воду.
— Это и есть звездный свет, — сказал он, глядя на чудо в своих ладонях.
— Такое невозможно, — возразила я, подавляя желание приблизиться к воде.
— Это же Притиания. Ваши легенды утверждают, что здесь все возможно.
— Как? — спросила я, не в силах оторвать глаз от пруда.
Его поверхность была не только серебристой. Сквозь серебро проглядывали голубые, красные, розовые и желтые струи.
От них исходила удивительная легкость…
— Я не знаю, — просто ответил Тамлин. — Сам не спрашивал, а мне не рассказывали.
Пока я глазела на пруд, Тамлин стал расстегивать камзол.
— Прыгай, — сказал он, подзадоривая меня.
Он звал меня плавать. Раздетой. Вместе с ним — верховным правителем. Я покачала головой и попятилась. Пальцы Тамлина замерли на второй пуговице воротника.
— Неужели тебе не хочется узнать, на что это похоже?
Узнать о чем? О плавании в звездном свете? Или о плавании с ним?
— Я… нет.
— Пусть будет так.
Тамлин не стал застегивать воротник, и теперь я смотрела на его мускулистую грудь.
— Почему эта роща? — спросила я.
Мои глаза так и приклеились к его груди. Пришлось отрывать.
— В детстве она была моим любимым тайным местом.
— Давно? — спросила я, понимая, что задаю глупый вопрос.
— Очень давно, — ответил он, мельком взглянув на меня.
Тамлин произнес эти слова настолько тихо и спокойно, что я даже покачнулась.
Конечно, очень давно, если в Войну он был мальчишкой.
Но я уже вступила на тропу любопытства, и с моих губ слетел новый вопрос:
— Как Ласэн после вчерашней ночи?"
"Сегодня он снова язвил и насмешничал. Но я не забыла, как его вывернуло при виде искалеченного фэйри.
— Ночью он… странно себя повел.
Тамлин пожал плечами и все так же тихо продолжил:
— Ласэн… Ласэн пережил такое, что в моменты вроде вчерашнего ему становится… тяжело.
