Замок окружали очень плотные слои магической защиты. Они пронизывали собой все стены.
Я метнула вторую вспышку, для отвлечения, пока рассекала сплетения древних заклинаний.
Оставалось лишь сыграть свою роль.
Свет померк. Я скрючилась на полу, все так же обхватив голову.
Зал затих. Все пристально смотрели на меня.
Даже Юриан, подпиравший стену, перестал ухмыляться.
Я смотрела только на Тамлина. Опустив руки, я глотнула воздуха и заморгала, словно очнулась после затяжной болезни. Я оглядела королевских придворных, кровь, четверых смельчаков Двора ночи, потом снова перевела взгляд на Тамлина.
— Тамлин, — шепотом позвала я.
Тамлин не сдвинулся с места. Король безотрывно смотрел на меня. Знал ли он, что я проделала дыру в его магической защите? Догадывался ли, что происходящее сейчас — не более чем спектакль? Не важно.
Я снова заморгала. Неискушенным придворным могло показаться, что ко мне возвращался рассудок.
— Тамлин.
Я взглянула на свои руки, на кровь. А потом я увидела Риза, угрюмые лица моих друзей и моих насквозь промокших бессмертных сестер.
Лицо Риза не выражало ничего, кроме потрясения и недоумения. Но я продолжала играть свою роль. Я отодвинулась от него. От них. Встала поближе к Тамлину.
— Тамлин, — в третий раз произнесла я.
Живой глаз Ласэна округлился. Он шагнул к Элайне, загораживая ее собой. Я повернулась к правителю Сонного королевства.
— Что… — произнесла я, снова поворачиваясь к Ризанду. — Что ты со мной сделал? — тихо и сердито спросила я, снова отшагивая к Тамлину.
— Что ты сделал? — спросила я, передав по связующей нити совсем другое:
«Выведи их отсюда. Выведи моих сестер».
«Прошу тебя, подыгрывай мне. Пожалуйста».
Наша нить молчала. Я не чувствовала ни заслонов, ни вспышек чувств. Магия короля поставила свой заслон, через который мне было не пробиться. Рано я назвала себя Разрушительницей заклинаний.
Риз засунул руки в карманы и знакомым мурлыкающим тоном спросил:
— Как же тебе удалось высвободиться?
— Что? — встрепенулся Юриан и стремительно двинулся к нам.
Я повернулась к Тамлину. Разумеется, я не воспылала к нему никакими чувствами. И его одежда, и его запах оставались для меня чужими. Тамлин недоверчиво и настороженно следил за мной.
— Не позволяй ему снова забрать меня. Слышишь? Не позволяй, не…
Я опять затряслась в рыданиях. Фальшивых, хотя от того, что я делала, мне хотелось реветь по-настоящему.
— Фейра, — с нежностью, когда-то поразившей меня, произнес Тамлин.
