— Чего ты хочешь от меня? — без обиняков спросила я.
— Чего хочу? Прежде всего хочу услышать слова благодарности. Обыкновенное «спасибо». Далее я хочу, чтобы ты сняла это отвратительное платье. Ты в нем выглядишь… — Рот Ризанда искривился в гримасу. — Выглядишь как наивная, доверчивая дурочка. Именно такой тебя хотели бы видеть твой суженый и его жеманная жрица.
— Ты ничего не знаешь ни обо мне, ни о нас.
Риз понимающе улыбнулся:
— А Тамлин? Много ли он знает о тебе? Он когда-нибудь поинтересовался, почему тебя выворачивает каждую ночь или почему тебе тяжело находиться в некоторых комнатах и тяжело смотреть на некоторые цвета?
Я застыла.
С таким же успехом Риз мог бы раздеть меня догола.
— Убирайся из моей головы, — потребовала я."
"Тамлину хватало собственных ужасов, с которыми ему приходилось справляться.
— Я то же самое могу сказать и тебе, — заявил Риз, отходя на несколько шагов. — Думаешь, мне приятно просыпаться каждую ночь и смотреть, как тебя рвет? Все, что с тобою происходит, ты отправляешь по связующим нас нитям.
Я пытаюсь уснуть, а вынужден лицезреть твои спектакли, да еще и сидя в первом ряду.
— Мерзавец!
Ответом мне стал очередной смешок. Но я не собиралась расспрашивать его о связующих нитях. Он бы хотел увидеть неподдельное любопытство на моей физиономии. Не дождется.
— Обо всем остальном, что мне требуется от тебя… — Риз умолк, махнув рукой в строну стены с дверями, — я расскажу тебе завтра, за завтраком. А сейчас предлагаю вымыться и отдохнуть.
Он окинул меня взглядом, и снова я уловила в его глазах гнев, вызванный моим нелепым платьем и такой же нелепой прической.
— Правый вход. Спустишься по лестнице на один этаж. Там твои покои.
— И ты не бросишь меня в тюремную камеру? — вырвалось у меня.
Я сразу же пожалела о собственной глупости. Зачем показывать страх и давать Ризу лишний козырь?
Однако мои слова лишь позабавили его.
— Фейра, ты не моя узница. Мы с тобой заключили уговор, и я придерживаюсь его условий. Ты будешь моей гостьей, со всеми существующими привилегиями.
Никто из моих подданных не посмеет тебя и пальцем тронуть, не говоря уже о причинении тебе вреда. Более того, я не потерплю даже дурных мыслей о тебе.
С трудом ворочая отяжелевшим языком, я спросила:
— А где же твои подданные?
— Часть живет внутри горы, — ответил Риз, кивая на пол. — Им строжайше запрещено показываться в моей резиденции. Кто появится здесь без разрешения, подпишет себе смертный приговор.
Наши глаза встретились.
