Она хмуро поглядывала на часы, тикавшие на мраморной доске, и нетерпеливо стучала ногой по яркому узорчатому ковру. Мне очень хотелось познакомить сестер с нею, однако Неста и Элайна были слишком напряжены грядущим событием. Обе стояли бледные, и я решила: знакомство подождет.
Когда-нибудь… когда-нибудь я соберу их всех вместе. Если до этого мы не погибнем на войне. Если смертные королевы решат нам помочь.
Часы пробили одиннадцать.
Соглашаясь на визит, королевы поставили нам еще ряд условий.
Встреча должна была начаться ровно в одиннадцать.
Не раньше и не позже.
Далее они захотели узнать точное местонахождение дома. Им зачем-то понадобилось знать размеры и вид всех комнат особняка: где какая мебель, как расположены двери и окна. И наконец, в каком помещении состоится прием.
С помощью моих сестер Азриель предоставил им все требуемые сведения.
Единственным звуком в гостиной был невозмутимый бой часов.
С последним ударом я поняла: третье требование королевы выдвинули не только из соображений безопасности.
По гостиной пронесся ветер, и перед нами возникли пять фигур. Каждую королеву сопровождали двое караульных. Оказывается, смертные королевы тоже владели искусством переброса.
Глава 40
Смертные королевы отличались возрастом, цветом кожи, ростом и характером. У самой старшей, облаченной в темно-синее шерстяное платье с вышивкой, была коричневая кожа и острый холодный взгляд. Невзирая на глубокие морщины, испещрившие ее лицо, королева держалась прямо, как струна.
Две другие — среднего возраста — были воплощением противоположностей.
Начать хотя бы с их лиц: одно — смуглое, дружелюбное, второе — бледное, словно высеченное из гранита. Одна королева улыбалась, вторая — хмурилась. Даже наряды они выбрали соответствующие: белый и черный. Казалось, они явились сюда, не закончив какой-то разговор. Я могла лишь гадать, как выглядят их королевства и каковы отношения между самими королевами. Возможно, одинаковые серебряные кольца на их пальцах намекали на более близкие и даже родственные отношения.
Что касается еще двух королев… Одна была, наверное, всего несколькими годами старше меня. Черноволосая, черноглазая, она оглядывала нас с осторожной хитростью. А может, с подозрительностью.
И наконец, пятая королева, заговорившая первой, была самой красивой. По сути, она была единственной красивой женщиной из пяти правительниц. Остальные, невзирая на изысканные наряды, с безразличием относились к тому, молоды они или стары, толсты или худы, коротышки или рослые.
