Нории
С каждой минутой Нории чувствовал, что смерть отступает — пусть оставалась слабость в теле и нестерпимо, мучительно ныла сломанная рука, но сознание все более прояснялось. Он не понимал речи говорящих — но, когда побежали во все стороны люди и зашевелились наемники вокруг, стало понятно, что войско готовится к выступлению. Он понял, что старик в длинных одеждах и командующий поспорили по его поводу, понял и то, что его судьба в любом случае предопределена — все равно, чья рука решит ее.
И надеяться на помощь с Туры бесполезно — разве что драконы из боевого крыла Четери попробуют пробиться за ним, но против такой армии они не выстоят, как бы умелы ни были.
И Дармоншир вряд ли поможет. Неизвестно, нашелся ли он после пленения Нории, или враг все же достал и удачливого брата по воздуху.
Возможно, случится так, что отряд боевых магов во главе с Александром Свидерским, которому в помощь прибыли три ученика Четери, выберет эти часы, чтобы атаковать, отвлечет армию и командующего — и даст возможность Нории ускользнуть.
Но для этого нужно иметь силы идти. А он до сих пор не был уверен, что сможет встать на ноги.
В этом мире где-то находился и Четери, который сопровождал мага и юную принцессу, но подать ему знак не представлялось возможным, как и найти в окружающих лесах. Значит, уповать можно только на себя и на ту божественную силу, что осталась в крови. И делать все, чтобы выжить и вернуться. Побыстрее.
Ведь если его огненная жена узнает, где он, она придет сюда — как когда-то пошла через пустыню к своим родным.
Нории слишком хорошо знал ее — чтобы понимать: как бы разумна, выдержана, хладнокровна она ни была, за то, что она считает своим, она будет биться до последнего вздоха. И этого нельзя было допустить. Потому что как бы ни была сильна Ангелина, здесь стихии Туры не работают, а, значит, ее ждет смерть. Или участь хуже, чем смерть.
Старик в длинных одеждах удалился, а командующий подошел ближе и склонился над драконом, вытащив меч из ножен и приставив к шее.
Взгляд у него был усталый, умный и жесткий. С этим не договоришься. И обвести вокруг пальца себя не даст.
Но можно попытаться.
— Колдун, — сказал комендир с сильным акцентом, но на рудложском, и Нории едва заметно выдохнул — они смогут говорить на одном языке, а, значит, не все еще потеряно. — Я — тиодхар Тмир-ван, волей богов поставленный во глава армии. Сейчас ты мне рассказать то, что я захотеть знать.
