Она решила, что после этого никогда не простит его. Даже если он будет ползать на коленях. Ни за что!
– Вы ничего не знаете!
– Вернее сказать, мне известно почти все, – продолжил Пушкин, как будто ничего не случилось. – Решив испить шоколада или кофе, вы наткнулись в кафе «Сиу» на Ольгу Петровну и Ирину Петровну. Они вернулись из участка, где опознали тело Виктора Немировского. Предложили им свои услуги, чтобы вместе сообщить новость страшному Петру Немировскому. Несчастные сестры приняли ваше участие. От «Сиу» до ювелирного пешком от силы десять минут.
Вместе вошли в ювелирный, сестры сообщили печальную новость.
– Следили за мной? – растерянно произнесла Агата. Такая мерзость после того, что было? Все, это точно – конец…
Пушкин, как любой мужчина, ничего не замечал.
– Филерить нет нужды, – строго ответил он. – Ваш портрет, после первого ареста, был разослан по участкам, он имеется у каждого городового. Нам сообщали о ваших передвижениях, пришлось дать распоряжение, чтобы вас не вязали на каждом углу.
Агата и не знала, что полиция накинула на город такую сеть. Ей всегда казалось, что работа городовых – лениво топтаться на месте. А оказалось… Впредь будет наука.
– Остается одно: как узнали, что Немировский собирается оказаться в этом номере сегодня вечером? – продолжил Пушкин.
Не было смысла придумывать. Теперь смысла не было ни в чем. Агата рассказала, чему стала свидетелем…
…Петр Филиппович вошел в раж. Кричал, что бабьи бредни о привидении и проклятии рода не стоят ломаного гроша.
Что докажет раз и навсегда: нет никакого проклятия, а братья его любезные погибли по собственной глупости. Для этого прямо сегодня переночует в номере. А утром вернется живой и невредимый. Дальше начался громкий семейный скандал, Немировский бегал по магазину и орал. Оставаться при такой сцене было неприлично, и Агата ушла. Но решила заглянуть в гостиницу и преду-предить, что глубокой ночью на него будет совершено покушение. Хотела уговорить Петра покинуть номер.
Уговаривать крикливых мужчин она умела. Не то что холодных и равнодушных.
– Ольга Петровна просила Петра Филипповича не испытывать судьбу?
Агата кивнула.
– Умоляла чуть не на коленях.
– Ирина Петровна?
– Бедная вдова сидела как оглушенная, закрывала ладонями уши.
– Супруга Немировского?
– Ее не было. Что ей делать в магазине, она же не приказчик.
С лестницы донеслись громкие и сердитые голоса.
– Закройтесь вуалью, – вдруг сказал Пушкин.
