Любое событие никогда не происходит само по себе. Взять поход Ивана Грозного на Новгород с казнями и разграблением городской казны. Жуть! Московская армия под рукой Малюты Скуратова-Бельского казнила треть новгородского купечества! За что? Неужели патологическая страсть к убийству? Ан было за что. За ганзейское псевдосеребро. Долго Москва предупреждала новгородцев, грозила и увещевала: выбросьте фальшивые деньги, переплавьте в украшения да посуду. Не послушались и разгневали царя Ивана Грозного. Пришли стрельцы и сделали обыски.
А как поступают с теми, кто связан с фальшивыми деньгами? Казнят, и не только на Руси. Можно назвать Ивана Кровавым, а можно и Иваном Справедливым, но Грозный — самое точное определение. В Москве вывезенные из Новгорода медно-никелевые денежки пустили на посуду, некоторые образцы которой до сих пор стоят в Грановитой палате.
Понятное дело, бояре Андрей Александрович Скопин-Шуйский и Борис Андреевич Бельский не могли знать будущего, зато в текущих обстоятельствах разбирались очень хорошо.
Нежданное обретение богатых родственников не только послужило сближением некогда враждующих боярских родов. За миром последовал обмен взаимовыгодной информацией. Так что оба боярина прекрасно знали, кто и за что отравил Елену Васильевну Глинскую. И ввязываться в посольские дела они не собирались. Кто будет торговать в Москве — не их дело. Соответственно разговор с бароном Бреда прошел в любезных улыбках, без каких-либо обещаний или непродуманных слов.
— Вы должны объяснить молодым людям всю бесполезность военного похода на Крым, — в очередной раз убедительно говорил губернатор.
— Да сам Крым для России — никчемное дело, — ответил Андрей Александрович.
— Почему вдруг никчемное? Татары все же досаждают своими набегами, — для проформы возразил барон Бреда.
— Так-то оно так, — согласился Борис Андреевич, — только в Крыму татар нет.
— Позвольте, как это нет? А Бахчисарай?
— В Сарае живет хан со своей родней, — пояснил Борис Андреевич, — а татары пасут табуны в Диком поле.
— Это севернее полуострова?
— Да нет, — усмехнулся Андрей Александрович, — от Днепра до Крымских гор сплошь безжизненная соленая степь.
— Так как же Счастливчики собираются брать Крым?
— То нам неведомо. Татарва обычно поджигает ковыль, и все, хода нет.
— Не понял! Что здесь непреодолимого? Армии успешно проходили через безводные пустыни.
— Пустыня — это просто песок, а здесь соленая зола, которая вызывает у людей слепоту.
Ответ бояр понравился барону Бреда.
