По мере становления крестьянских хозяйств начнется строительство учебных гарнизонов. На берегу Тихого океана строится крепость, где начнет обучение первая тысяча солдат. Явное желание научить и вооружить местных воинов значительно повысило доброжелательность вождей.
На другой день неожиданно для «белой» части совета вожди объявили Вову Первым инка. Просто и скромно сказали, что ему присвоен наследный титул правителя над всеми индейцами.
— Хотя бы дали почетный томагавк, или что там у них положено, — растерянно сказал новоиспеченный правитель инков.
— Зачем тебе томагавк? — язвительно заметил брат. — Ты теперь будешь проводить торжественные богослужения?
— Приносить в жертву людей. — Амвросий кивнул в сторону огромной каменной чаши.
— Еще у тебя появился свой гарем из тысячи акльякун, — добавил Никодим.
— О Великий Верховный инка! Твоя резиденция находится на горе Мачу-Пикчу. — Амвросий театрально поклонился.
— Да на хрен мне это надо! — взвился Вова. — Сами тут командуйте, а я поехал в Толедо.
— Не извольте гневаться. — С этими словами все трое встали перед Вовой на колени.
— Еще и издеваетесь! Так это ваша подстава? — наконец дошло до юноши.
— Не подстава, а совместное политическое решение для сохранения мира и процветания на моей земле, — нравоучительно заявил Саша.
— Чихать я хотел на твой мир и процветание! — взбеленился Вова. — Сами придумали, сами и верховодьте.
— Как прикажет наш повелитель! — смиренно ответила стоящая на коленях троица.
Шутовская сцена получила неожиданное продолжение.
Вожди и их советники окружили Вову и, склонив голову, тоже встали на колени. Юноша совсем растерялся, совершенно некстати ему стали мешать собственные руки. Ну куда их деть? Сложить на груди? Пародия на Наполеона! Убрать за спину? Он не зэк. Собрать впереди по примеру Гитлера? Хоть плачь! Наконец левая рука нашла свое место на эфесе шпага, а правая, сделав несколько непонятных движений, самопроизвольно вытащила шпагу и подняла над головой. Некоторое время Вова пытался осознать свои действия, затем, набрав воздуха, громко выкрикнул:
— Клянусь сохранять мир и покой в каждом доме! Пусть каждый живет в довольстве и благополучии!
С этими словами вернул шпагу в ножны, и тут же к нему подошел Амвросий, встал на колено, поцеловал руку и прошептал:
— Молодец! Хорошо сказал! У вождей выбило слезу!
Вова присмотрелся — действительно все вожди плакали!
— Только никуда не уходи! — повторяя процедуру поклонения власти, шепнул Никодим.
