Все остальные медленно расходятся, пока я не остаюсь на пляже в полном одиночестве. Я опускаюсь на песок и сижу так, потеряв счет времени, пока костер не превращается в холодные угли. Эван не возвращается. Нет смысла рассказывать мне то, что я и так знаю. Солнце уже выглядывает из-за волн, когда я наконец плетусь обратно к дому через остатки несостоявшейся вечеринки.
Дейзи не бежит навстречу, когда я захожу внутрь. Ее миски с водой нет на кухне. Половина шкафа в моей комнате пуста.
Я падаю на кровать и смотрю в потолок.
Чувствую онемение. Пустоту.
Вот бы знать еще тогда, в самом начале, как тяжело будет скучать по Маккензи Кэбот.
Глава сорок вторая
МАККЕНЗИЯ всю жизнь прожила без Купера Хартли. А теперь, проведя шесть месяцев вместе, я уже не знаю, каково это было – не знать его. Шесть месяцев и минуты, которые превратили все это в ад.
Один подслушанный разговор.
Одно роковое признание.
Мое сердце онемело. Так быстро. Словно задуть спичку.
Выйдя из дома Купера с разбитым сердцем, я села на заднее сиденье такси с Дейзи и заплатила водителю, чтобы тот нарезал круги по городу почти два часа.
В конце концов таксист высадил меня в Талли-Холл. Я появилась у двери Бонни с сумкой в одной руке и поводком Дейзи в другой. Она поприветствовала нас с сочувствующим выражением лица. К моему счастью, ее новая соседка почти все ночи спит не дома. Но, к сожалению, когда утром студенты начали вставать на занятия и топтаться по коридору, Дейзи принялась лаять, почуяв незнакомцев. В одно мгновение к нам нагрянул советник по общежитию и потребовал, чтобы мы освободили комнату.
Ради Бонни я сообщила ему, что мы зашли всего на несколько минут, чтобы поздороваться, хотя не уверена, что он купился на это. К полудню я с Дейзи уже сидела на заднем сиденье другого такси, обдумывая запасной план. Оказалось, что в Авалон-Бэй нет отеля, в котором разрешено проживание с домашними животными. Произошел какой-то случай на выставке собак несколько лет назад, которая пошла наперекосяк.
Так я оказываюсь в доме Стеф и Аланы. Дейзи, маленькая предательница, запрыгивает прямо на диван и на колени Стеф. Я немного колеблюсь, когда сажусь рядом со Стеф, пока Алана излагает их доводы. Они отправили около дюжины сообщений после того, как я вылетела с вечеринки. Не столько содержание, сколько настойчивость убедили меня в их искренности.
– В нашу защиту хочу сказать, – произносит Алана, стоя со скрещенными руками, – что мы не знали, какая ты классная.
