И что она меня не хотела.
Я пожимаю плечами.
– Я чувствовал себя так, будто меня тянут вниз всю мою жизнь. Этот город. Память о моих родителях. Отец был неудачником. Мама неудачница. – Еще одно пожатие плечами, на этот раз сопровождаемое сухой улыбкой. – У меня есть дурная привычка делать очень простые, не метафоричные татуировки. На моем теле вообще нет подтекста.
Это вызывает у меня смех.
– Мне очень нравится твое тело. – Мак сжимает мое бедро, совсем не нежно. – И ты не неудачник."
"– Я определенно точно пытаюсь им не быть.
– Я киваю на книгу у нее на коленях. – Я читаю такие вещи – биографии, мемуары этих мужчин и женщин, которые выползли из бедности или плохих обстоятельств и добились чего-то сами, – потому что они вдохновляют меня. Есть один чувак в этой книге, его мать овдовела, осталась с пятью детьми, о которых не могла заботиться, поэтому отдала его в приют. Он был беден, одинок, в молодости пошел работать на завод, делал формы для автозапчастей, оправы для очков. Когда ему исполнилось двадцать три года, он открыл собственную мастерскую по лепке.
– Я наклоняю голову в сторону Мак. – И этот магазин в конечном итоге создал бренд Ray-Ban.
Рука Маккензи скользит к моему колену и сжимает его, после чего находит мою руку на рычаге переключения передач. Она переплетает наши пальцы.
– Ты вдохновляешь меня, – просто говорит Мак. – И, кстати, я не сомневаюсь, что когда-нибудь твое имя попадет в такую книгу.
– Может быть.
На пляже Уайет и остальная команда уже забили одну из волейбольных сеток.
Неподалеку на песке под зонтом устраиваются девушки. Стеф читает книгу, Хайди загорает на животе, а Алана, как обычно, скучает от всего этого, потягивая коктейль из бутылки с водой.
Мы с Эваном приветствуем парней ударами кулаков. Едва мы заканчиваем здороваться, как Уайет начинает на всех кричать, чтобы делились на команды.
– То, что его бросили, превратило его в настоящего диктатора, вам не кажется? – бормочет Тейт, пока мы наблюдаем, как наш приятель командует всеми, как сержант-инструктор.
Я смеюсь.
– Она до сих пор не приняла его обратно?
– Не-а. Я думаю, на этот раз все может закончиться… – Тейт замолкает, прищурившись.
Я оборачиваюсь и вижу, как Уайет вытаскивает Алану из шезлонга. Она вздыхает и берет его за руку. Думаю, она в его команде. Хотя то, как он шепчет ей что-то на ухо, выглядит подозрительно.
– Это еще что? – спрашиваю я Тейта.
– Без понятия. – Его челюсть напряжена.
Ну ладно.
Турнир по волейболу начинается.
