Шумно выдыхает и ерошит рукой модную стрижку. Опускает голову и рассматривает стену перед собой…
Ещё раз выдохнув, сует руки в карманы и, наконец, уходит.
* * *Роман.
Сердце проламывает грудную клетку, бу́хая с такой силой, что становится больно. Сжимаю девчонку в руках и сам не понимаю, откуда беру силы просить её не отталкивать.
Просить…
Просить о поцелуе…
Что же происходит в моей жизни, если я опустился до подобного?
Некогда раздумывать. Юля делает вдох, и я принимаю его за приглашение. Зеркалю её движение и в следующий момент целую глубоко.
Поглаживаю язычок Сахаровой, и взлетаю. Реально взлетаю в атмосферу, чтобы там не выдержать перегрузок и сгореть.
Не удивляюсь, когда она отскакивает и даже рад этому. Своих сил отстраниться не нашлось. Все резервы внутренние потратил на то, чтобы удержаться в рамках и не начать лапать её прямо здесь, на грязной и продуваемой крыше.
Успеваю заметить, какие холодные и тонкие пальчики у девушки. Я⁈ Заметил? Сам в шоке… Но не проходит и минуты, как спускаюсь по шаткой лесенке в окно и тяну Юлю за собой.
Она не спорит, встает, чтобы пойти следом. По глазам, в которых плещется презрение, вижу: думает, сейчас приведу и сдам ее остальным «казакам». Но у меня другой план.
Пока искал её, набрел на бывший кабинет кадров (если верить табличке). В нём сохранилась не только мебель, но и стёкла на окнах. Поэтому оставшееся время девочка проведет, по крайней мере, в тепле.
Она дрожит, а я давлю свой порыв обнять её и прижать к себе. Штормит и бомбит от этих мыслей.
Я не хочу к ней прикасаться и одновременно желаю этого больше всего на свете!
Постояв в пустом холле, по которому когда-то бегали толпы детей, рассматриваю облупившуюся краску на стенке. Видимо, последняя смена креативила, раз надписи не замалевали. Или прошлые смены студентов, бегающих здесь за ключами. В прошлом году старшие курсы устроили подобие игры «Форд Боярд».
«Юля + Рома =…»
Над многоточием какой-то юморист пририсовал маркером разбитое сердце.
Забавное совпадение. Но к нам оно не имеет никакого отношения.
Сбегаю на первый этаж, не встретив никого из искателей. Обленились в конец или кто-то сдался и выдал пароль? Стоит возвращаться за девчонкой?
«Двадцать три минуты и записываем вам проигрыш. Один участник не найден, шифр не отгадан», — Берт громко озвучивает ответ для всех. Юрец, запыхавшись, сидит на полу и жадно пьет воду. У меня тоже в горле пересохло, но не из-за того, что я носился по зданию.
