С каких это пор Вардан ищет встречи? Глеб сам Боссу пообещал решить вопросы со своими ребятами после стычки с Люком. Какого же черта ему надо? До сих пор мы старались не перебегать друг другу дорогу, но вопрос все равно когда-нибудь встанет ребром. Почему не сейчас? Это даже интересно.
– Насчет чего, не сказал?
– Да херня какая-то, Рыжий! Сам не пойму! – срывается Стас. – Говорит, что ему не нравится, когда к нему лезет всякая шушера с просьбой достать тебя. Что если это твоих рук дело, вам не мешает поговорить с глазу на глаз – после разборки за «Бансай» нового конфликта он не хочет, но и дураком себя выставить не даст.
Он думал, Глеб утряс дело с Боссом, а если нет, просил напомнить, что Люк сам отступился.
– Ничего не пойму, Стас. О чем речь вообще?
– Если бы я еще, мать твою, знал, о чем! – выталкивает из себя друг злой смешок. – Кажется, тот парень, которого ты снял с гонки, сейчас бухой у Вардана. Понятия не имею, какого хера он там делает, но Антипов обещает, что если ты не при делах, он сам разберется с ним.
Мол, не нравится ему это все, да и парень сильно нарывается. По-моему, он решил, что мы его намеренно провоцируем. Заикался о своем праве на стрит-рейсинг и о какой-то ставке. Типа, если его человек выиграет, мы все по чесноку расходимся миром.
Стас верно чувствует мое настроение в затянувшейся паузе. Я слышу, как он волнуется, да и сам закипаю на месте, добела сжимая рот.
– Слушай, Рыжий, не лезь. Виктор, я серьезно. Только сунешься, Вардан сразу поймет, что ты в интересе и повернет дело в свою пользу.
Пацан не маленький уже, пусть сам за свои слова отвечает. Тем более, что мы здесь ни при чем!
Я молчу, и друг с беспокойством окликает меня в трубку:
– Бампер, твою мать! Ты вообще слышишь меня?
– Слышу, Фролов, не вопи, – сцеживаю я, вспоминая мокрую от дождя Коломбину, появившуюся на пороге моего кабинета. – Думаю.
– И?
– Не получится остаться в стороне, я встречусь с Варданом.
– Тогда я звоню Люку, пусть подключается.
Не нравится мне все это. За пустой наезд надо отвечать!
– Не надо, Стас. Не срывай Илюху, сам разберусь. Будь на месте, я подъеду."
"Но еду я не к клубу, а к съемной квартире, где, конечно же, нет Коломбины. Ее телефон по-прежнему отключен, и я клянусь себе, что это первый и последний раз в нашей жизни, когда не знаю, где она и что с ней. Когда разрываюсь между делом и сердцем, желая наплевать на первое и броситься на поиски моей девчонки.
