– Ради нашей дружбы – будь человеком! Что я, зря оббегала все магазины, выбирая туфли на высоченном каблуке, пока ты дрых? Мы же с тобой так подходим друг другу! И я еще не показала тебе свою татуировку. Увидишь – закачаешься!
– Людмила, не вмешивайся! – слышу я голос хозяина дома, глядя во все глаза на бесстыжую нахалку. В этот миг сочувствуя Бамперу всей душой. Куда там Лильке с ее напором и языком без костей, вот у кого бы подруге поучиться брать от жизни свое. – Наломаем дров! Я с Витьки сам спрошу, обещаю! Разберусь, что это он тут вытворяет!
– Да, пап, после поговорим! – холодно отрезает Рыжий, не отпуская меня, когда я пытаюсь отойти.
– А сейчас не лезь! Света, – снова обращается к блондинке, понижая голос, – если ты не поняла, между нами окончательно все кончено. На юбилейный вечер родителей я иду со своей девушкой. Никаких нас больше нет. И не будет. Никогда.
– Расскажешь моему папе.
– Договорились. Может быть, тогда тебя, наконец, отпустит. На кой черт я тебе вообще сдался?"
"– Сама не знаю, – кокетливо пожимает плечом Света, стараясь, чтобы ее слышали только мы двое.
– Капризничаю, я такая. Ностальгирую по нашему общему прошлому. Кстати, я заглянула в список приглашенных и в план организации вечера, в нем нет никакой девушки Тани. Во всяком случае, рядом с тобой. Это ошибка, Вить? Или Таня не приглашена? Возможно, она и вовсе не хочет идти?
Она смотрит прямо на меня, а я не знаю, что ответить. Чтобы помочь Рыжему, не загнав его в еще больший тупик.
Впервые в жизни фигуральным образом проглотив язык.
– Я так и думала, что не приглашена, – акула довольно грозит пальчиком. – Отлично играешь, Зая, но я не верю. Увидимся на вечере!
– Постой, Уфимцева! – девушка едва успела подхватить пакеты и вот уже снова смотрит на нас в гордом полуобороте. – Она хочет и идет! Вопрос приглашения – дело одной минуты. Правда, Таня? – Губы Рыжего касаются моего уха. – Ну, скажи «Да», – нежно прикусывают мочку. – Пожалуйста.
– Я не… Д-да. – Че-ерт! Что я делаю?
– И мы пойдем на вечер вместе, так? Назло Светке! – а это уже совсем тихо, только для меня.
Это все несерьезно. Несерьезно. То, что и как он говорит.
– Да. Наверно.
– И будем с тобой в расчете. Ты меня здорово выручишь, Коломбина, если согласишься. Ты же видишь, какой силы атака меня ждет, пойди я один. Я даже готов остаться твоим должником после всего, лишь бы сегодня ты была со мной.
Мое сердце бешено стучит, а Рыжий все не унимается.
