Даша вернулась в комнату связи: рядом с радисткой она чувствовала себя не так одиноко.
Время шло, никто не приходил ей на помощь.
Даша почувствовала холод и тяжесть стен подземелья.
Прошел час, потом еще четверть часа, и наконец в соседней комнате раздались шаги, лязгнул засов, и дверь открылась.
На пороге появился приземистый пузатый дядечка с круглой блестящей лысиной.
Даша готова была броситься на шею своему спасителю, но тот был не в таком благодушном настроении.
– Это как же вы сюда попали? – проговорил он недовольным голосом.
– Это кто же вам санкционировал?"
"– Никто! Я же говорю – провалилась сюда с верхнего этажа…
– Это как? – прищурился дядечка.
– Ну, я шла-шла, потом открыла какую-то дверцу и провалилась… по желобу… – Даша скроила самую дебильную физиономию, забеспокоившись, не перегнуть бы палку.
Но стереотип, что все бабы полные дуры, сработал безотказно, дядечка ей поверил.
– Как хорошо, что вы пришли! – Она прижала руки к сердцу.
– Конечно, хорошо. Если бы я не пришел, с вами мог бы произойти несчастный случай, а кто бы за это отвечал? Вот именно, администрация музея в моем лице!
– Хорошо, что я до вас смогла дозвониться…
– Это даже странно, что телефон работает. Я его лично отключил перед уходом… – Дежурный поднял трубку черного телефона, послушал и еще больше удивился. – А сейчас он не работает… удивительно… и еще странно – как это вы сами себя на засов заперли? – Дежурный строго смотрел на Дашу.
– А вы там никого не встретили? – опасливо спросила Даша. – Там, в тех комнатах музея…
– Кого же я должен был там встретить? Музей еще официально не функционирует, и посторонние лица в него не допускаются. Хотя вот вы проникли…
– Вот именно. Мог и еще кто-то проникнуть и запереть эту дверь на засов.
– Короче, немедленно покиньте помещение музея. Или я буду составлять акт о мелком хулиганстве.
– Я покину, покину, мне здесь больше делать нечего!
И Даша вслед за дежурным пошла из комнаты связи.
Сначала они прошли через каземат княжны Таракановой.
На этот раз Даша посмотрела на несчастную пленницу с большим сочувствием – она находилась в подземелье совсем немного времени, а и то ощутила гнетущую тяжесть и мучительное одиночество, а бедная княжна провела в каземате долгие годы!
Из каземата они прошли в комнату бомжей, затем – в ту, где тусовалась компания панков.
