Затем протянула им последнюю банку пива.
– Уж не обессудьте, одна на двоих!
– Мало… – вздохнул факелоносец.
– Сколько есть! – Косматая повернулась к человеку в кепке:
– Слышал? Нету здесь твоей бабы!
– А должна быть! В общем, так: найдете ее – получите то, что я вам обещал. Нет – так нет.
– А с этим мужиком что делать?
– Что хотите, то и делайте. Мне он не нужен.
Человек в кепке развернулся и исчез в одном из туннелей, сходившихся в гроте.
– Слышали, медведи? – Косматая оглядела свое племя. – Этот мужик нашему другу не нужен.
Можете его шмотки разобрать.
– Чур, мне его куртку! – К Владимиру подскочил долговязый тип с рыжей клочковатой бородой, вцепился в рукав и начал стягивать с Владимира куртку.
– Чего это тебе? Может, я тоже хочу! – выкрикнул седой коренастый дядька и схватился за другой рукав.
Два претендента на куртку разодрались, в итоге куртку порвали пополам, и каждый взял себе половину.
Тем временем остальные троглодиты набросились на Владимира, каждый норовил урвать (буквально урвать) хоть какую-то часть его одежды, и через несколько минут Владимир остался практически голым.
Два троглодита нашли мобильный телефон и дрались за него, пока не разломали на мелкие детали.
Когда все кончилось, Владимир лежал на полу, весь в синяках и ссадинах, и горько всхлипывал.
Тогда к нему подошла Косматая, посмотрела с жалостью и проговорила:
– Так и быть, возьми это! – и она швырнула ему какую-то драную робу. – Если хочешь, можешь остаться у нас.
А если нет – иди вон по тому коридору, скоро выйдешь на свет.
Владимир, всхлипывая, поднялся на ноги и побрел в указанном направлении.
– Ладно, кино кончилось! – сказал Серьга Даше. – Пойдем уже отсюда.
– Даже как-то жалко его, – проговорила та, проводив взглядом бывшего мужа. – Впрочем, что это я говорю… после того, что он со мной сделал… – И она поползла за Серьгой.
Вскоре они выбрались из узкого лаза в широкий туннель, и еще через несколько минут Серьга толкнул металлическую дверь.
– Иди, дальше ты сама доберешься!
Даша шагнула в дверь.
Дверь за ней захлопнулась.
Она огляделась – и поняла, что находится на платформе метро. Прямо напротив нее было название станции – Достоевская.
Примерно в это же время неподалеку от Кузнечного рынка поднялась крышка люка, и на поверхность выбрался грязный, измученный человек в синей рваной спецовке.
В нем вряд ли можно было узнать Владимира.
Он и сам не узнал бы себя в зеркале.
