Другого человека, — пояснила Татьяна, — наверное, вы найдете следы пластической операции под волосами. Кстати, они выкрашены, завиты. Видите излом на пряди?
— Угу, — кивнул доктор, — это след накрутки на коклюшки. Зачем актеру лицо перекраивать? Может, он роль получил сладкую? Хотя сейчас такой грим есть, что себя уродовать не надо. Не самое приятное ощущение в силиконовой маске париться под софитами, и накладывают ее часами. Зато снимешь — и снова себя в зеркале узнаешь. И что странного в смерти мужика? Банальный инфаркт.
Тебя смутил паспорт на другое имя? Может, он случайно не свой пиджак надел, а там в кармане чужая ксива была.
Женщина показала на экран компьютера, где висело фото из паспорта.
— На снимке тот, кто у нас на столе лежит.
— Значит, ты путаешь, — не сдался патологоанатом, — на столе Тихонов. А Анатолий Митин сейчас из себя рыцаря изображает на какой-нибудь съемке.
— Он умер, — пояснила Рагозина, — аферист мерзкий.
— Обманул кого-то? — поинтересовался врач.
Экран телевизора опять мигнул, снова появился ведущий.
— «Наш общественный корреспондент», — возмутилась я, — теперь так называют людей, которые, забыв об элементарной порядочности, снимают на телефон умирающих людей в больницах, плачущих родственников на похоронах и отправляют видео на телевидение за деньги. Я бы их именовала «алчные мерзавцы».
— Татьяна сообщила сенсационную новость. Как лечили от рака Анатолия Митина? Что за лекарство ему на самом деле вливали? Обладает ли клиника «Человек здоровый» чудодейственным гомеопатическим препаратом? Ответы на эти вопросы и еще многие другие вы услышите в нашем вечернем шоу «Правда без прикрас», — тараторил тем временем ведущий.
— Не пропустите. Вас ждет эксклюзивное интервью полковника Александра Дегтярева, данное нашему каналу. Впервые полицейский такого ранга появится в эфире. Смотрите канал «Сплетник». Только для вас. Только у нас самые горячие новости. Кто в морге? Неизвестный мужчина? Или российский актер, который скончался на острове, а потом ожил?
Дегтярев, красный, как нос клоуна, схватил фужер, сделал жадный глоток воды и закашлялся.
Я встала и постучала его по спине.
— Ты беседовал с каналом «Сплетник»?
— Нет! — заорал толстяк.
— Они анонсировали твое выступление.
— Врут!
Я села.
— Согласна. «Сплетник» виртуозно врет, но все же не так нагло. Ты говорил сегодня что-нибудь хоть кому-нибудь с микрофоном?
Полковник опять схватился за воду.
— Нет! Я не общаюсь с журналистами.
— Вспомни! — настаивала я.
