Любимая работа и семья – это те вещи, между которыми нельзя выбирать, теперь я это понимаю!
И третье, я хочу, чтобы вы с Элизабет растили вашего внука вместе. Алекс молодой мужчина, он ещё встретит свою женщину, которая не будет ставить ему условий. Я не лишаю его отцовства, просто не хочу вешать на него обузу в виде сына. Да и потом, пап, если вы с Элизабет будете вместе, значит, мой сын будет расти в полноценной семье и купаться в безусловной любви двух родителей. В его случае, конечно, бабушки и дедушки, но ему об этом можно сказать, когда он вырастет и будет готов это услышать.
Впрочем, решайте сами, я согласна подождать, – Вильма опять рассмеялась, – поверь, ребенку нужны два родителя. Ты был самым лучшим в мире папой, но мне всегда не хватало матери. В лице Элизабет я её нашла. Люблю тебя, твоя дочь Вильма.
– Герман, как это понимать? – Александр сверлил Германа взглядом, – Вы не всё мне рассказали о здоровье Вильмы?
– Поверь, я и сам хотел бы знать, как это понимать! Я тебе рассказывал всё, что мне рассказывала сама Вильма.
И я сейчас поражен не меньше твоего! – Герман выглядел не менее озадаченным."
"Ответить Саша не успел, зазвонил его телефон, и на экране высветилось имя ""Мама"".
– Да, мам, мы только что приземлились. Нет, меня не надо встречать. Мам, я с Германом. Мам, а ты сама где? Хорошо, я понял.
Герман смотрел вопросительно на Александра.
– Мама сказала, чтобы мы ехали в клинику, какую именно, Вы знаете.
– Да, знаю.
Это всё?
– Она сказала, что остальное не по телефону.
– Выходим. У меня машина с водителем!
Герман, едва они с Александром вышли из самолета и сели в его машину, набрал номер дочери, но её телефон не отвечал. Он не мог знать, что Элизабет, поговорив с сыном, взяла на руки Эрика и, прижав малыша к своей груди, еле сдерживала рвущиеся рыдания. В этот момент и зазвонил телефон Вильмы, на экране высветилось улыбающееся лицо Германа и надпись ""Самый лучший папа"". Слезы у Элизабет полились сами.
Ответить сейчас она не могла. Эрик пискнул и завозился в попытке найти грудь.
– Сейчас, мой хороший, сейчас! – Элизабет взяла бутылочку со смесью и села в кресло качалку, – вот так, кушай, мой мальчик, набирайся сил. Сейчас приедут твои папа и дедушка.
Такой, с грудным ребенком на руках и в кресле качалке, её и увидели Герман и Александр. Элизабет достаточно было поднять глаза на вошедших мужчин, чтобы они всё поняли.
