- Отец поднял все свои связи, обещал любые деньги, но мы так и не смогли ничего добиться. Говорили только одно и то же: территория переходит из рук в руки, никакой информации нет, ждите.
- Мне кажется, что это сделал парень из посольства.
- Какой парень из посольства?
- Мы были там... - Катя тяжело сглотнула. - Вместе. Его зовут Кирилл. После того, как он сходил поговорить с теми, кто... в общем, через несколько часов меня освободили.
- А он?
- А он остался там, - Катя съежилась. - Мне ничего не известно о том, что с ним случилось дальше.
Мам, как думаешь, папа может узнать по своим каналам?
- Думаю, можно попробовать, - кивнула Дарья. - Только давай подождем выписки отца. Как ты сказала, его зовут? Кирилл? Фамилия?
- Не знаю, - вздохнула Катя. - Я знаю только имя. Я даже не знаю, как он выглядит.
- Это как? - удивилась мать.
- Там было темно, - всхлипнула Катя. Обняла себя руками. - Там всегда было темно.
- Ну-ну-ну, - Дарья тут же обхватила дочь за плечи. - Все хорошо, Катюша, все уже хорошо.
Папа вернется, он сделает все возможное. А ты думай о хорошем, ладно? Давай-ка на стол накрывать, сейчас Маша с Васей приедут.
- Правда? Здорово! - слегка преувеличенно обрадовалась Катя, вставая.
- Я бы на твоем месте не слишком радовалась, - Дарья достала из ящика скатерть. - Василий твердо намерен читать тебе наставления о недопустимости безответственности и безалаберности.
- Ой, кто бы говорил, - закатила глаза Катерина.
- И тем не менее. Мне кажется, что только благодаря Васе твой отец не сошел с ума.
Вася тут каждый вечер или сам приезжал, или Машку присылал, или звонил. Одна я бы не справилась с твоим отцом и его... переживаниями. Так что готовься к тому, что тебя будут учить уму-разуму. И пенять на то, что довела любимого Васиного тестя до больницы.
- Поняла, - вздохнула Катя. - Дом, милый дом. Уже начались нравоучения.
3.3
*
- Катюша, - мать заглянула к ней перед сном. - Давай-ка на завтра будильник поставь.
- Зачем?
- Поедешь со мной.
- Зачем?!
- Сдашь анализы.
- Мам...
- Катя, Африка - не шутки. На всякий случай, ради моего спокойствия. Я прошу тебя. Не уподобляйся отцу.
- Хорошо, мамуль. Только давай ты меня сама разбуди, ладно?"
"- Договорились, - материнские губы коснулись лба дочери.
А Катя долго потом не могла уснуть, ходила пить теплое молоко на кухню и дышала слабо пахнущим еще табачным дымом воздухом. Как много изменилось в родном доме. Теперь в нем пахнет сигаретами. А у самой Кати - бессонница.
