Нашёлся дядька – повезло, не всем детдомовским так везёт, особенно взрослым! Взрослых никто не хочет, толку от них никакого! Пособие только до восемнадцати платят, а ему уже почти семнадцать, больно кому надо его содержать!.. А свой родной дядька в Нижнем Новгороде не каждому попадается! Когда Маргарита Николаевна, директриса, стала с ним разговоры заводить, мол, кого он помнит из детства, какая мать была, отец какой, кто в гости приходил, он вдруг догадался!.. Не сразу, конечно. Он честно рассказал, что никакого отца вовсе не помнит и не знает, был ли он в их с мамой жизни, а маму он очень любил, вот прямо изо всех сил.
Мама весёлая была, кудрявая и всё время пела. Рассказывала, что в роду у них с одной стороны староверы, а с другой поляки, и все пели. Пироги ещё он запомнил. Мама могла соорудить пирог из чего угодно! Маленьким он страшно любил пирог с лимоном – даже фотография осталась, где ему года три и он держит в пухлом кулаке здоровенный кусок лимонного пирога! Удивительное дело, он даже помнил тот пирог, и кто его фотографировал тоже помнил, какой-то дядька с маминой работы.
Они пришли с женой, и он всё фотографировал – и стол, и маму, и жену, и вот Родиона!.. А потом Родион ещё очень пироги с мясом полюбил. С вареньем и творогом не особенно, а вот с мясом, это да!..
Он рассказывал, Маргарита Николаевна слушала, и он всё никак не мог понять, что это она вдруг за расспросы принялась, он в детдоме с семи лет, про него всё давно известно!
А однажды ночью вдруг догадался.
У него захватило дыхание так, что пришлось сесть и взяться руками за спинку кровати.
– Ты чё, Родька? – шёпотом спросил Вовка Кузьмин. – Ты чё не спишь?
– Вовка, мне кажется, меня ищут, – сказал Родион дрожащим голосом. – Маргарита всё про родственников выспрашивает! Может такое быть?
– Да ладно, – не поверил вмиг проснувшийся Вовка. – Кто тебя искать будет?
– Вдруг отец? – И от этого слова «отец», сказанного вслух, озноб продрал вдоль позвоночника. – А?..
Это предположение Вовку возмутило до глубины души.
– Откуда?! Ты чё, телека насмотрелся?! Губы-то закатай!
– А чего она тогда?..
– Может, для документов, – предположил Вовка, успокаиваясь и укладываясь под одеяло, – следующий год выпускной, они, может, какие анкеты пишут!..
Родион тоже лёг, но спать не мог. Сердце колотилось в горле. Он знал, что его ищут и, может быть, уже нашли! И может быть, на самом деле отец!
Оказалось, что не отец, а дядька, мамин брательник.
