Неужели ее магия разрушит мою?
Несколько секунд она не двигалась, и я испугалась, что все пропало. Но вот Этлина развернулась на пятках и двинулась к кровати. Так как двери в комнату больше не было, мы могли наблюдать за происходящим.
— Тьер, ты пришел, — сказала Этлина пустому месту, а потом протянула руки и обняла воздух.
Дальше была сцена из фильма для взрослых, а конкретно – для извращенных взрослых. Я бы назвала ее «Интим с призраком». Этлина целовалась с пустотой, свято веря, что это Тьер.
— Я не могу на это смотреть! — первым не выдержал вурдалак.
Я сама планировала уйти и оставить Этлину наедине с ее фантазиями. Подсматривать – это не мое. Хорошо еще с нами нет Джема. Как знала, что ему лучше побыть в холле.
— Ты прав, — кивнула я вурдалаку, — подглядывать плохо.
— Вообще-то я имел в виду другое, — заявил он. — Кто-то должен составить ей компанию, и я готов пожертвовать своим прекрасным телом.
— Ыда? — упыри и те усомнились в прекрасности тела вурдалака.
Я же вежливо промолчала, помня, какой он ранимый.
— А что, — подбоченился вурдалак, — мы с Тьером похожи. Все-таки дальние родственники. Я готов пойти на брачное ложе вместо него.
Я вспомнила Тьера, посмотрела на вурдалака, и у меня вырвался нервный смешок. А потом мне стало жалко Этлину. Просыпается она, значит, утром после брачной ночи, тянется поцеловать Тьера, а там…
Наверное, я могла убить ведьму. Вурдалак в постели кого хочешь добьет. Но вот беда – нет по мне такой кровожадности. И вообще это как-то аморально, что ли.
Хватит того, что Этлина застряла в своих фантазиях. Когда мой туман развеется, она будет уверена, что брачная ночь состоялась. Чужак в постели пошатнет эту уверенность.
Отговаривать вурдалака бесполезно, но я точно знала, как его переубедить.
— Она тебя недостойна, — сказала я ему. — Ты найдешь кого получше.
— Пожалуй, ты права, — со вздохом согласился он.
Продолжить диалог помешало феерическое появление Джема. Он выбежал из-за поворота на полном ходу, его занесло на вираже, и он чуть не упал, но в последний момент вернул равновесие.
Наконец, он остановился и, шумно дыша, указал пальцем себе за спину:
— Т-т-т-там… — от переизбытка эмоций Джем стал заикаться пуще прежнего и не мог толком объяснить, что стряслось.
Первым отреагировал голем:
— Выход? — строго спросил он, а потом с осуждением посмотрел на меня. Мол, ты же обещала, что все будет в порядке.
Махнув на нас рукой, голем потопал на свое рабочее место.
