Выходит, я все это время зря боялась? Не будет никакого страшного наказания? Казнь, тюрьма и прочие ужасы, которые я себе насочиняла, отменяются. Все-таки богатое воображение – зло. Столько всего можно было избежать!
— Тогда, наверное, я должна вернуть тебе это, — я потянулась к брачному обручу на своей шее.
Он предназначался другой. Когда Тьер застегнул его на моей шее, мне это ужасно не понравилось. Я ощутила себя в западне.
Прошло несколько дней, и теперь, снимая обруч, я поняла, что буду по нему скучать. Я привыкла к нему.
Хотя нет, вру, я привыкла к статусу невесты Тьера. Вот чего мне на самом деле будет не хватать.
Я протянула обруч Тьеру, и он его забрал. От этого стало еще горше. Где-то глубоко внутри я надеялась, что принц оставит его мне. Но, видимо, я больше не его принцесса. Все тайное вскрылось, пора с этим смириться.
А поцелуй… Что ж, он был хорош, но вряд ли повторится. Роль любовницы не по мне.
Тьер покрутил обруч в руках и произнес:
— Наверное, теперь мой черед рассказать тебе правду, раз уж у нас честный разговор.
Откровений от Тьера я не ожидала, а потому притихла. Что такого он мне расскажет? О нечисти я уже знаю, проклятие и пророчество мне известно. Чем он может меня удивить?
Но по серьезному виду Тьера было очевидно – новость важная. Нервно крутя в руках обруч, он отошел к окну и надолго замолчал, глядя на скалы.
— Говори, — попросила я. — Я все пойму.
Мне казалось, я догадалась, о чем пойдет речь. Тьер подбирает слова, как повежливее указать мне на дверь. Мол, барышня, выход там.
Раз ты не каменная дева, то зачем ты мне нужна.
Я нервничала и кусала губы, но понимала, что Тьер в своем праве. Между нами не было ничего такого, чего нельзя перечеркнуть и забыть.
Но, похоже, я совершенно не умею предугадывать поведение и слова принца Севера. Ведь он заговорил совершенно о другом.
— Ты уже спрашивала однажды, почему все в замке превратились в нечисть, даже мой младший брат… а я остался прежним, — произнес он и снова умолк.
— И ты ответил, что твое проклятие у тебя в сердце – застряло осколком, — продолжила я за него.
— Но я, признаться, так и не поняла, о каком осколке речь.
Тьер отвернулся от окна и взглянул на меня. Он смотрел встревожено, даже отчаянно. А потом с шумом втянул воздух через сжатые зубы и выпалил:"
"— Осколок в моем сердце из аманита.
Это прозвучало так, словно должно было что-то мне сказать. Словно это безумно важно. Новость года как минимум. Сенсация! Скандал!
Но вот незадача – я иномирянка.
