Давно хотела себе такую юбку. Ты знаешь, на ком я в первый раз увидела настоящую фирменную вещь? На тебе. Помню, прогуливается такой красавчик по поселку в фирменной «Монтане». Я тогда решила, что буду откладывать с зарплаты, во всем себе отказывать стану, но хоть одну настоящую вещь да куплю. Потом все как-то забылось, а сейчас вспомнилось. У тебя «Монтана» еще жива?
– При смерти. На картошку в ней ездить можно, по городу ходить нельзя. Наташа, а вам разрешают на работе в таких коротких юбках ходить?
– Нам все разрешают, если хорошо работаешь.
Поселившись у Натальи, я с удивлением узнал, что она способна часами болтать по телефону. Причем собеседниками были ее коллеги по институту. Днем она видела их, а вечером обсуждала с ними события прошедшего дня: кто в чем пришел, у кого в семье назрела конфликтная ситуация, кто распускает слухи об интрижке новой лаборантки с начальником отделения. Иногда собеседником была Тамара Григорьевна. Не знаю, о чем они говорили, но после общения с Пястунович Наталья смотрела на меня как-то оценивающе, как в детской присказке: «Сейчас известная японская певица исполнит вам песню «Сомнение», что переводится на русский язык: «А тому ли я дала?»
При личной встрече Тамара Григорьевна мне не понравилась.
За ее вежливыми улыбками скрывалось плохо сдерживаемое раздражение. Наверное, она считала, что умница и красавица Наташа выбрала не того мужчину. Не сомневаюсь, что эта старая блудница сыграла свою роль в нашем расставании.
День шел за днем, я начинал привыкать к «новой» Наталье, которая совсем не походила на скромную библиотекаршу из провинциального ДК.
С каждым днем мои давние мысли больше и больше находили свое подтверждение.
Как-то в Верх-Иланске между нами, молодыми мужчинами, зашел разговор о девушках на выданье. Наташу Антонову долго не обсуждали. О ней все парни были единого мнения: «Ни рыба ни мясо. Инфантильная. Себе на уме. Как будущая жена и хозяйка, изъянов не имеет, но нет в ней чего-то вкусного: изюминки или перчика».
– Она реально никакая, – подытожил Виктор Горшков, мой тогдашний сосед по кабинету.
– Андрей, скажи свое веское слово, ты же с ее сестрой трешься. Вы расписаться еще не надумали?
– Рано пока. ЗАГС от нас никуда не убежит.
От ответа о Наталье я ушел, а мог бы сказать:
«Целовался я с ней на днях в библиотеке. Это не женщина, ребята, это вулкан, просто он пока находится в спящем состоянии. Придет время, и из этого вулкана начнет извергаться лава, вот тогда он проявит себя во всей красе.
