Ведь приятнее работать там, где ценят новые идеи, а должности распределяют согласно деловым качествам сотрудников! Но, к сожалению, у Милы были веские доказательства, что мир вокруг нее не таков…
Защитив, как положено, по окончании аспирантуры кандидатскую, Мила не собиралась на этом останавливаться. Наука влекла ее всерьез. Она наметила тему дальнейшей работы и отправилась к заведующему кафедрой. Тот посмеялся: не гони лошадей. Поработай ассистентом, набери материал, тогда и вернемся к этому разговору.
К счастью, Милины идеи не требовали специальных экспериментов на животных, а запретить ей думать не мог никто.
Через несколько лет диссертация была готова, Мила отвечала в ней за каждое слово. Заведующий, продержав рукопись больше месяца, вызвал Милу. Будь текст хоть немного умнее, сказал он, его можно было бы назвать антинаучным. А так… Потуги недалекой дамы, возомнившей себя ученым. Мила очень расстроилась. Тогда заведующий принялся ее утешать. Все у нее впереди, все получится, надо только следовать советам наставника и не лезть, куда не зовут.
И милостиво пообещал никому не рассказывать, что Мила занимается «научной графоманией».
Пережив первую горечь неудачи, Мила решила не жалеть о потраченном времени. Ей нравилось работать с архивами, кроме того, она чувствовала, что благодаря постоянным занятиям сделала в профессии большой шаг вперед.
А потом стало известно, что одному товарищу, метившему очень высоко, срочно нужна готовая докторская диссертация.
И Мила, будучи с ним знакома еще по институту, то ли в шутку, то ли всерьез предложила ему свою. Он заинтересовался. В итоге поменяли фамилию автора да добавили к обзору литературы несколько свежих статей.
Защита прошла блестяще. Мила не знала, плакать ей или смеяться, когда слушала проникновенную речь своего завкафедрой. А на банкете он так спокойно смотрел ей в глаза, что у нее появилось подозрение: раньше он ее работу и не открывал.
Под чужим именем диссертация оказалась так хороша, что вскоре вышла в виде монографии.
Правда, высоко метивший товарищ отдал Миле весь гонорар."
"И ей стало даже весело: как ловко они всех провели! А ученая степень – да и черт с ней! Только посредственность падка на регалии. Ученые степени, звания, должности – каких только протезов таланта не придумала посредственность!
На всех протезов не хватает, и одаренный человек, пожалуй, побрезгует участвовать в этой инвалидской свалке.
