Молчал, глядя то на Спасского, то на монитор, но от его присутствия Миле вдруг стало спокойней.
– Я тут краем уха слышал разговоры, что вы хотите меня в Германию отправить, – тихо сказал Андрей и тяжело перевел дух.
Слова давались ему с трудом, и Мила подумала: не лучше ли уйти?
– Ты не волнуйся, – сказала она, – мы все организуем сами. Даже администрация обещала помочь, представляешь?
Спасский улыбнулся:
– Вы знаете, что нет пациентов хуже врачей, вот и хотите меня сплавить от греха подальше.
Мила легонько погладила его по руке. Всем известно, что именно с заболевшими медиками происходят самые непредсказуемые осложнения и самые нелепые врачебные ошибки.
– Так вот, Мила, передай всем, ни в какую Германию я не поеду.
– Почему? Деньги мы сами соберем.
Спасский поморщился:
– Я своих пациентов в Германию не отправлял. Сам оперировал, как умел. А теперь моя очередь наступила. Как я лечил, так и меня вылечат.
– Ты очень хороший врач.
– Значит, волноваться не о чем. – Он снова попытался улыбнуться, но Мила поняла, что его силы на исходе.
Она поднялась.
– Та в той Германии доктора… – загадочно протянул Натуралист и вдруг пустился в воспоминания о своих студенческих годах.
Под его тягучую южную речь Спасский быстро задремал, а Мила тихонько вышла из палаты.
* * *Из-за предстоящей замены проводки, на которой настаивали мастера, Интернета в квартире все еще не было, и Женя общалась с мужем в видеорежиме мобильного телефона.
Изображение замирало, рассыпалось на квадратики, а тембр голоса искажался настолько, что Жене казалось, она говорит с роботом. Поэтому супруги, посмотрев друг на друга, обычно отключали видео.
Долгосабуров часто расспрашивал Женю о ее институтских делах и между делом сообщил, что у него нет высшего образования.
– Не может быть! – изумилась Женя.
– Может. У меня среднее специальное, я окончил медучилище.
Видишь, как мало ты обо мне знаешь.
– Потому что ты ничего не рассказываешь! Неужели ты стеснялся признаться?
– Нет… Просто это давно перестало иметь для меня значение.
– Но почему ты не пошел учиться дальше?
– Видишь ли, мама воспитывала меня одна, денег было мало, и я не хотел сидеть у нее на шее. После восьмого класса пошел в училище. Я собирался поступать в институт после армии, но не сложилось.
