— Ты как? Прости, я был не в себе и не подумал, что тебе настолько плохо. Карел, а с гобой все в порядке?
— Нормально, — кивнул ему мой напарник, поправляя на плечах сумки, мою и свою. — Нас полностью починили.
Я рассмеялась от столь забавной характеристики, и тут невесть откуда на нас налетел запыхавшийся Изверг.
— Кира! Ты как?
— А… — хотела я ответить, но дерхан на меня уже не смотрел.
— Рив! — прошипел злющий как черт боевик. — Я бы очень попросил тебя держать свои руки и губы подальше от моей девушки. И не смей, слышишь, не смей признаваться ей в любви!
— Э-э… — озадачилась я, с недоумением глядя на парней.
Хотела уже спросить, с чего вдруг столько агрессии, но тут узрела в сторонке улыбающуюся с самым довольным видом Иолу.
Ах вот оно что! Эта мымра, значит, видела, как Рив нес меня на руках, и слышала его слова о любви. Только вот этой дурочке невдомек, что та любовь, которая между мной и ушастиком, это вовсе не романтические чувства.
— Ивар, дыши глубже. Кира — моя невеста, ты ведь знаешь, — с лукавой усмешкой выделил Ривалис интонацией последнее слово.
— Приехали гости из моего мира. Желали удостовериться в том, что мы с Кирюшей не расстались и наша свадьба по-прежнему маячит в перспективе.
Глава 11
О внезапности Ивара, посещении ювелира и резкой перемене статуса
Изверг на мгновение прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. Затем резко выдохнул, посмотрел на эльфа и тихо сказал:
— Я помню. И все же настаиваю, чтобы ты не смел лезть к моей девушке с поцелуями и признаниями в любви.
Та самая «девушка» начала злиться, что ее обсуждают, словно предмет мебели, гневно подбоченилась, удерживая одной рукой пакет с предметами первой медицинской помощи, и уже открыла рот для отповеди, как…
Неожиданно для всех, а особенно для меня Ивар вдруг шагнул вперед, одной рукой нежно, но крепко обхватил меня за шею, легко дернул на себя, наклонился и поцеловал.
Стало тихо… Очень тихо. Очень-очень тихо. Я стояла с опущенными руками, даже не пытаясь отстраниться или, наоборот, ответить на поцелуй, несколько оглушенная и дезориентированная происходящим.
А поцелуй все длился и длился…
— Ивар! — пронзительно вскрикнул кто-то женским голосом. Хотя почему кто-то? И ёжикам понятно, кто это там возмущенно верещит.
Но этот вопль послужил сигналом и для дерхана. С неохотой отстранившись, он заглянул мне в глаза и спросил:
— У тебя еще что-нибудь болит?
— Н-нет… — пробормотала опешившая я.
Не так я представляла наш первый поцелуй с Иваром.
