– Ни те, ни другие не пытались высосать меня досуха. Я, кстати, до сих пор не встречала ррыгров живьем. И вообще, я есть хочу! У меня на нервной почве аппетит… – Отшвырнув с дороги толстую блестящую змею палкой, которую использовала как посох, я закончила: – Проснулся. Говорят, из змей получается вкусный суп."
"Карел вытаращился на меня и передернулся, а чешуйчатый гад, будто поняв, на что я намекала, быстро уполз подальше от кровожадных путников. Только хвост и мелькнул. Во время привала напарник осторожно уточнил, пошутила ли я насчет змеиного супа.
И каков же был его ужас, когда я начала рассказывать про «кухню народов мира». Он более-менее стоически выдержал рассказ о гнилом сыре из козьего молока с личинками мух внутри. Том самом, что подают на Сардинии. Сбледнул при упоминании, что кошек и собак жарят и считают это нормальным в некоторых странах. Передернулся от отвращения, слушая о супе из морских свинок и перемолотых в блендере сырых лягушках, которые якобы являются афродизиаком.
Во всяком случае, в Перу в этом уверены. Доконали графа Вестова тухлая акула – главный исландский деликатес, жареные пауки и саранча – любимые в азиатских странах, большие белые личинки, обожаемые жителями Австралии. Несчастная жертва моего длинного языка позеленела, стремительно нырнула в кусты, и оттуда понеслись весьма характерные звуки. М-да. Карела в Азию, наверное, везти не стоит. Это я ему еще про остальные международные «вкусняшки» не поведала. Там такой треш, что даже думать противно.
Я когда читала о них в Интернете, сидела, прижав к губам платок, и сдерживала физиологические порывы. Но то я – закаленное свободой слова и доступом к любым фотографиям и видео дитё XXI века. Морщилась, ужасалась, но читала, а потом еще и с одноклассницами обсудила, и мы вместе подвергли остракизму всю эту пакость. А тут – нежное (не до конца еще мной испорченное) существо из другого мира. Конечно же, бедный Карел не выдержал. О! Надо будет Извергу рассказать. Он же суровая непробиваемая ледышка, ему все нипочем, наверное.
Разделить с прожорливой бессовестной мной трапезу Карел отказался, как я его ни уговаривала. Пожав плечами, я умяла свою порцию, и мы снова отправились в путь. Вот вроде и идти не так чтобы далеко, если из расчета пять километров в час, но, учитывая сложность пути по тропическому лесу, мы потратили в итоге весьма прилично времени и добрались до цели лишь к вечеру. Устали при этом и упарились, словно дрова рубили.
