– Но сначала поклянись мне, что никто никогда не узнает об этом нашем разговоре! – потребовала я.
– Клянусь своей магией! – откликнулась она и посмотрела на меня. – Спасибо, Кира, ты даешь мне шанс.
– Пользуйся моей добротой с умом, – подмигнула я ей. – Но учти, обидишь Рива, голову оторву.
– Не обижу! – отчаянно замотала она этой самой головой.
Следующие дни я с интересом наблюдала, как Эарда Даэрини, осмелев после полученного разрешения, начала осаду моего ушастого друга. И надо отдать ей должное, делала она это очень деликатно, не переходя границы, просто ненавязчиво оказываясь рядом и увлекая разговором.
А я даже помогла ей немного, подкинув Зайчику мысль пригласить девчонку погостить пару дней в его доме. Мол, надо же ее хоть ненадолго вытащить от придурочной леди Даэрини и дать немного отдохнуть от нравоучений.
И можете представить себе изумление эльфиечки, когда поздно вечером, как только все разбрелись по спальням, к ней в дверь поскреблись. Открыв, она уставилась на нас с Ривом, стоящих на пороге.
– Пирожные с нами пойдешь воровать? – шепотом спросила я ее.
– К-куда? – растерялась она.
– На кухню, само собой, – ответил Ривалис. – С ужина остались, но наш повар их спрятал. Непорядок! Надо найти, украсть и съесть!"
"Эарда беззвучно хихикнула и с готовностью выскользнула к нам.
Глава 26
О веселых каникулах у эльфов и разных шалостях, приезде Карела и первых разборках, а также о возвращении в любимую школу
И вот три отчаянных жулика прокрались по спящему дому в святая святых, обшарили кухню и вытащили искомую добычу на стол.
А потом, сидя прямо на столешнице и болтая в воздухе ногами, мы в ночной тиши подъедали вкуснятину и дурачились. Ровно до тех пор, пока не вспыхнул свет и перед разгневанным хозяином кухни не предстали три перепачканных в креме похитителя пирожных.
– Лорд, леди! – набычившись, поприветствовал нас повар.
– Здрасте! А мы это… Плюшками балуемся… – брякнула я от неожиданности.
– Очень вкусно! – пискнула Эарда, некультурно облизала пальцы и спряталась за Ривалиса.
– Ну… Мы пойдем, да? – спросил Рив, запихнул в рот кремовый бисквитик целиком и шагнул к двери. Потом резко передумал, вернулся и схватил со стола еще два пирожных, по одному в каждую руку.
Повар молча наблюдал за этим беспределом.
– Ыа! Эаа! – промычал младший княжич, так как говорить он не мог, рот был полностью набит, и прожевать быстро ему не удавалось.
