– С чего ты это взял?
– Приснилось.
– Мало ли чего присниться может?!
– Ты забыл, что случилось, когда я увидел подобный сон в последний раз?
Боярин вспомнил – потому как на скулах его заиграли желваки. Он медленно кивнул:
– Хорошо, поедем. После Юрьего дня, как с оброком сочтемся. Успеем?
– Должны.
– Скажи, а пожар до смотрин случится, что Кошкин затеял, или после?
– Я уточню, – пообещал Андрей. – Извини, что отвлек."
"– Ничего. Ты как раз заходи. Тебе тоже с этим всем разбираться надобно уметь. Кстати, ты мне так и не ответил.
Так ты согласен сочетаться браком с племянницей соседа нашего, княжной Полиной?
Вот он – шаг в пропасть, в бездну, в необратимость. Поступок, изменить который будет уже невозможно никогда. Зверев почувствовал, как меж лопаток пробежал мерзкий холодок, но все же спокойно кивнул:
– Да, отец, я согласен. Я стану ее мужем.
– Вот и правильно… Князь, – с облегчением улыбнулся Василий Ярославович. – Ступай. Друцкому я отпишу об этом завтра.
Андрей вышел на крыльцо, перевел дух.
Увидел Никиту, махнул ему рукой:
– Коня мне оседлай, друже. А отцу скажи: к обеду не приду, есть совсем не хочется. Вечером вернусь.
Лютобор был на улице: рубил на пеньке хворост и складывал палочки одна к одной на вытянутую в траве веревку.
– Надо же! – спешился Зверев. – А я думал, у мудрых чародеев все само собой рубится и в поленницу укладывается.
– Это я запросто, – кивнул колдун. – Да токмо давно добры молодцы не приходили девок привораживать али от болезней исцеляться.
Но до очага дровишки дойти сами смогут. Давай-ка, коли приехал, веревочку затяни да вниз все это стащи.
– Это же все равно не само, это на мне получится. – Зверев обмотал вокруг хвороста веревку, забросил связку за плечо.
– То для тебя не само, – закудахтал старик, – а для меня аккурат без хлопот вниз и спустится. Не грусти, я тебя пирогом угощу с черникою. Баба тут одна из Быковки понесла после моего заговора. И на пироги, и на яйца, и на окорок расщедрилась. Про пиво, само собой, не подумала.
Баба – она баба и есть.
– Я тебе самогонный аппарат сделаю, – пообещал Андрей, спускаясь по ступенькам. – Будешь сам хлебное вино делать, коли не носит никто. У тебя получится. На нем, кстати, немало настоек лекарственных делать можно.
– Ась? – насторожился старик. – Это что такое?
– На словах не объяснишь, – скинул хворост у стенки Зверев. – Принесу как-нибудь, сам увидишь. Кстати, знаешь… Я женюсь.
– Знаю, – кивнул хозяин.
