Потом вдруг насторожился:
– Мансур, глянь! Вроде дым? – указал он куда-то на север, за сосновые макушки.
– Похоже на то, господин, – согласился холоп. – Никак опять литовцы дикие завелись?
– Это еще кто? – не понял Андрей.
– Да бегут порой… Как затеют князья литовские войну большую – начинают крестьян в войско свое верстать. А те многие боятся, смерти не хотят. Смерды, чего возьмешь? Вот и бегут, кто от рубежей недалече, от службы на нашу сторону. И ведь хоть бы на землю садились, пахали, дома ставили. Так ведь нет.
Прячутся по лесам, дичь портят, на деревни порой наскакивают, скотину воруют, еду, смердов пугают. Иные и путников на дороге губят да обирают.
– Я гляну. – Зверев закинул за спину бердыш и побежал по целине в указанную сторону. За время охоты лыжи он так и не снял.
Где-то с километр он не замечал впереди ничего странного и уже хотел повернуть обратно, как вдруг увидел улетающее вверх небольшое темное облачко. Будто в огонь сырая дровина попала. Новик надбавил ход и еще метров через триста заметил свежий человеческий след.
Вскоре ощутился и запах жареного мяса, послышались бодрые голоса. Андрей повернул на звук и спустя минуту увидел впереди, между соснами, огонь. На округлой поляне сидели трое безусых пареньков, любуясь греющейся на вертеле птичьей тушкой. Чуть дальше, в кустах орешника, темнел зев заснеженного сарая. Похоже, литовские дезертиры обитали здесь уже довольно давно.
– А ну-ка, ребята, – скомандовал новик, выходя на поляну. – Завязывайте с обедом. Сматывайте манатки и пошли со мной.
Давайте, шевелитесь.
– А кто ты такой? – спросил один из вскочивших ребят.
– Я сын здешнего боярина, Андрей Лисьин. Так что пошли, гулянки кончились.
– Есть другое предложение. Положи-ка шубейку свою, пояс, сапоги сними и штаны. И можешь проваливать, пока мы с утра добрые.
Из шалаша вылезли еще беглецы. Четверо. В сапогах, валенках, двое в зипунах. Нищие литовцы такую одежку позволить себе не могли – значит, кого-то уже успели здесь ограбить. Первый из диких литовцев, в расстегнутом на груди зипуне, небрежно поигрывал мечом.
Еще два клинка поблескивали за ним. Причем там, похоже, имелись и щиты. Итого – семь к одному…
– Ладно, – кивнул Андрей, вылезая из лыж. – Снимать так снимать.
Он скинул из-за спины бердыш и предложил разбойнику:
– Начнем? – И рывком устремился к нему."
"Литовец вскинул меч, но широкое лезвие бердыша легко смахнуло клинок в сторону. Зверев кольнул вперед, в ребра слева, крутанулся, опасаясь троицы у костра.
