Я думал, нельзя ли с вами поговорить?
– Конечно, Богдан, – говорит Элизабет.
– Я могу вам доверять? – Богдан заглядывает в самую глубину ее глаз.
– Можете доверять, – говорит Элизабет, не отводя взгляда.
Богдан кивает. Он ей верит.
– Может, погуляем? Мы с вами? Сегодня вечером.
– Вечером?
– Я хочу вам что-то показать. Лучше, когда стемнеет.
Элизабет вглядывается в его лицо.
– Что-то мне показать? Улики?
– Да. Вам это будет интересно, – говорит Богдан.
– Ну это мы еще посмотрим, – отвечает Элизабет. – А где мы будем гулять, Богдан?
– На кладбище, – говорит Богдан.
– На кладбище? – Элизабет пробирает легкая дрожь. Каким удивительным бывает порой мир!
– Я встречу вас там, – говорит Богдан. – И оденьтесь потеплее, это займет время.
– Думаю, вы можете на меня рассчитывать, – обещает Элизабет.
Глава 64
ДжойсДа, я помню о смерти Яна Вентама, и мы к этому еще перейдем, обещаю. Но угадайте, что еще? Джоанна приехала!
Мы прокатились до Файрхэвена в ее новой машине (марку я сейчас уточню). Остановились у «Все живое».
Я держалась как ни в чем не бывало, но это был несравненный успех. Ни слова воркотни, никакого «веганов уже не осталось, мама» или «В ливанской пекарне за углом от меня пекут лучше, мам». Зеленый чай, протеиновое печенье с шоколадом и миндальное. Вот уж не думала, что мне случится о таком рассказывать.
Она заехала по дороге на какое-то совещание. Что-то насчет «оптимизации». Я вспоминаю девочку, которая уплетала рыбные палочки с картофельными вафлями и терпеть не могла горошка, – мне и не снилось, что ей предстоят совещания по «оптимизации».
Что бы это слово ни значило.
Тот парень, как мы и догадывались, уже история. Вы знаете, что в наше время можно запереть свой мобильник так, чтобы никто не подсмотрел? А отпирается он отпечатком большого пальца. Словом, этот тип как-то вечером уснул на диване, а она его большим пальцем вскрыла его телефон. Только заглянула в переписку, и когда он проснулся, чемоданы уже были собраны и стояли в прихожей. Такая у меня девочка.
Подробностей переписки мне не сообщили, хотя Джоанна намекнула, что там были фотографии. Я достаточно слушаю «Женский час», чтобы ухватить суть. Тупой болван, простите за выражение.
Мы похихикали над этой историей, так что вряд ли ее сердце разбито.
Я слышу, как встает Джоанна, которая прилегла вздремнуть, так что пока прощаюсь. Вы не поверите, я печатаю без звука.
Моя потрясающая малышка счастлива и спит в моей кровати, и еще два нераскрытых убийства.
