Сам сажусь за руль, завожу двигатель и срываюсь с места. Нелли не трогаю. Даже не смотрю в ее сторону. Иначе мы на хрен никуда не доедем. Мне хочется ее растерзать на эмоциях. А с ней сейчас так нельзя. Ее любить надо, а не терзать.
Слышу, как Нелли глубоко вздыхает, ерзает на сиденье, а потом смеется. Поворачиваю голову. Смеется, запрокинув голову.
— Не обращай внимания, это истерика, — отмахивается она. — Я, когда пьяная, неадекватная.
— А ты пьяная?
— Вдрызг, — продолжает смеяться. И я сам нервно усмехаюсь и давлю на газ, чтобы быстрее доставить мою пьяную женщину домой.
— Открой окна, я хочу глотать этот воздух свободы, — просит она заплетающимся языком.
Открываю окна, прохладный ветер врывается в салон. Действительно, так лучше.
— И музыку включи, — просит она. Нажимаю на кнопку мультимедийной системы, врубая рандомный трек. Там что-то драйвовое, роковое.
Нелли высовывает руку в окно и подставляет лицо ветру.
Мы мчимся по трассе, превышая скорость, и нам хорошо.
Посматриваю на Нелли, хотя мне нельзя.
Нельзя отвлекаться на скорости. Но это невозможно, когда рядом со мной она. Если меня что-то и погубит в этой жизни, то это будет Нелли.
Заезжаю в свой двор, паркуюсь напротив подъезда. Выключаю музыку. Вдох-выдох. Выхожу из машины, открывая дверь для Нелли, подаю ей руку.
Это простой двор с типичной девятиэтажкой. Совсем не то, к чему привыкла эта женщина, и не то, чего она заслуживает. И я дам ей больше, пусть только будет рядом. Я разобьюсь вдребезги, но отдам ей всё.
Нелли вкладывает свою ладонь в мою, даже не оглядываясь, словно ей всё равно, куда я ее привез. Сжимаю руку, тяну к себе, стискиваю в объятьях, впиваюсь в сладкие желанные губы со вкусом вина. Они такие пьяные, что я сам плыву, жадно целуя ее. Не могу остановиться, кусаю чувственные губы, рычу и тут же ласково зализываю укусы, будто вечность ее не целовал.
Не знаю, какими силами заставляю себя оторваться от нее, сплетаю наши пальцы, веду к подъезду.
Код домофона, несколько ступенек, лифт, мой этаж, открываю дверь, включаю свет в прихожей, пропускаю Нелли, запираю дверь, ложусь на нее спиной.
Смотрю, как она стягивает с себя кардиган, под которым белая шёлковая пижама с вырезом, где видна ложбинка между грудей. Сглатываю. Прикрываю глаза. Бля...
Неужели у нас получилось?"
"Открываю глаза и замечаю небольшой порез на ее виске. Подхожу ближе, рассматривая рану. Свежая.
— А это что такое? — сквозь зубы спрашиваю я.
