Из сумы, прихваченной из своего дома, Пурьяк достал тряпье и веревки, обмотал копыта лошади и вскочил на нее. Та недовольно фыркнула, но получила пятками по бокам, смирилась со своей долей и пошла по полю.
Вскоре новый хозяин завел ее в стойло, наложил ячменя, налил воды, снял тряпки с копыт.
Грянул гром, пока еще дальний. Со стороны села появилось зарево. Разгорелась изба Кубаря. Послышались чьи-то крики.
Пурьяк прошел в избу, разделся и лег на постель. Тут как раз начался дождь. Он вновь был весьма кстати.
Атаману разбойников казалось, что само небо помогает ему. Пурьяк уснул безмятежно, будто ничего и не произошло.
Глава 5
Утром тридцатого июля Дмитрий Савельев отвез беременную жену к родителям. Больно уж скучала она по ним. В добротном доме их радушно встретили князь Остров с супругой и провели в большую светлицу, где уже был накрыт стол. Мужчины сели на скамьи, женщины уединились в соседней комнате. У них, разумеется, были свои тайны.
Князь Остров спросил зятя:
— Дочь у нас на пару дней оставишь или как?
— Коли захочет, пусть остается.
— Ну и ты погостил бы. На подворье у тебя есть кому хозяйством заниматься.
— Это так, Степан Гордеевич. Я и рад бы, но дела не позволяют.
Остров налил чарку вина, пододвинул Савельеву. Сам он по причине болезни живота ни водку, ни квас не пил, только воду. Мог бы и молоко, но не любил его с детства.
— Выпей, зять, закуси.
— Благодарствую, Степан Гордеевич. — Дмитрий выпил, закусил пирогом с телятиной.
— Вот не пойму я, Дмитрий, одного… — начал Остров.
— Чего именно, Степан Гордеевич?
— Тебе по наследству досталась вотчина, крупное село, сотни холопов с семьями. Насколько я знаю, они живут справно, потому как земли у них хорошие, плодородные. Река рядом, леса вдоволь. Но ты туда заглядываешь редко, а Ульяна же не была там вообще. Не опасаешься, что ключник твой к воровству пристрастится?
— Не опасаюсь. Порфирий служил там еще при отце, царство ему небесное. — Молодой князь перекрестился.
— Никаких нареканий к нему у нас никогда не было."
"— Но вотчина без хозяина тоже не может. За ней глаз нужен. Да не чужой, а твой собственный, а ты все больше на Москве. Как свадьбу сыграли, так и не выезжал никуда. На службе не состоишь. С простолюдинами якшаешься. Добрые знакомцы мне говорили, что ты часто бываешь на Зарядье, где какие-то мужики целую улицу выстроили. Непонятно, что это за люди, какого ремесла, чем живут.
