К счастью, дочь Данте, Анна, и София направлялись в нашу сторону. София одарила меня ослепительной улыбкой. Ее щеки покраснели, когда я улыбнулся ей в ответ.
— Привет, — сказала она.
Она разгладила платье и прикусила губу, будто чего-то ждала. Эмма и дочь Данте обнялись и продолжили разговор, а я остался смотреть на выжидающее лицо Софии.
— Как дела? — справила София, затем покраснела еще более глубоким оттенком красного."
"Я нахмурился, гадая, к чему она клонит.
— Хорошо. — мой тон был резким.
Затем мой взгляд остановился на ней.
Серафина вошла в помещение вместе с Сэмюэлем, держась за руки. Она была одета в элегантное свободное платье. Мой взгляд задержался на ее животе, в поисках выпуклости, который ее выбор одежды сумел скрыть. Скоро это станет невозможным, и все узнают, что Римо Фальконе умудрился унизить меня и Наряд другим способом. Это будет скандал века.
Ожидающие любопытные взгляды всех вокруг меня только усилились.
Серафина посмотрела в мою сторону, и наши взгляды встретились. Она вежливо улыбнулась, затем отвела взгляд, продолжая смотреть так же, как делала это всю свою жизнь.
Как часто бывало в последние недели, во мне закипал гнев. Было бы неразумно обвинять Серафину в этом всем. Она жертва. Она страдала за все наши грехи и будет страдать и впредь.
Через мгновение я понял, что София наблюдает за мной. Я одарил ее еще одной быстрой улыбкой, затем повернулся к Эмме.
— Я захвачу выпивку и что-нибудь поесть. У тебя теперь есть компания?
Последнее предложение было адресовано Софии и Анне.
Обе девушки кивнули. Не сказав больше ни слова, я отправился на поиски бара. После глотка виски я почувствовал себя более непринужденно. И все же продолжал обыскивать помещение в поисках Серафины. Мой мозг просто не мог позволить этому отдохнуть. Разочарованный собой, я отправился на поиски Пьетро или Сэмюэля. Беглый взгляд подсказал мне, что Эмма все еще разговаривает с Анной и Софией.
Когда я наконец нашел Пьетро, он стоял на террасе в зимнем холоде и разговаривал с Данте.
— Не помешал? — спросил я присоединяясь к ним.
— Нет, присоединяйся к нам, — сказал Данте.
Беспокойство последних нескольких месяцев, отразившееся в каждой черточке моего лица, отразилось и на его лице.
— Когда ты собираешься сделать это достоянием общественности? — мне не нужно было уточнять, что я имею в виду.
Пьетро и Данте обменялись взглядами, затем Пьетро вздохнул. Он сделал еще один глоток из своего стакана.
— Мы постараемся держать это в секрете как можно дольше.
