А вот мы, коты, мы хоть и мелкие, но принадлежим к охотничьей породе. Все охотники по природе своей – бойцы. Мы тоже настороже, когда сталкиваемся с чем-то неизвестным, однако, когда дело доходит до битвы, мы готовы схватиться со зверем, намного превосходящим нас по размерам! Поэтому, когда собаки пытаются задирать нас, все кончается для них печально – они с воем поджимают хвосты. Даже если эта собака в десять раз крупнее кота… дайте ее нам, мы ей покажем!
Мне кажется, собаки давным-давно разучились охотиться.
В наше время даже охотничьи псы преследуют дичь исключительно для забавы хозяина и сами не приканчивают ее, не убивают. В этом главное отличие котов от собак. Даже в охоте на какую-то ничтожную мошку для кота главная цель – прикончить добычу.
Вот в этом и различие между животными – в инстинкте убивать свою жертву. То есть живет в тебе эта страсть – или нет ее. Лошади в десятки раз крупнее котов, но я их совершенно не боюсь.
Меня вдруг обуяло чувство гордости. Потому что я кот и до сих пор во мне жива природа охотника.
И как боец, я не собираюсь отступать перед тем, что ждет впереди Сатору.
Некоторое время лошади пристально рассматривали нас, но потом, убедившись, что мы им не опасны, принялись снова щипать траву.
– Да, пожалуй, действительно далековато, но, может, получится снять их на камеру.
Сатору достал мобильник из кармана. Чаще всего он фотографировал на камеру меня. Но лучше бы ты не снимал мобильником этих лошадей, Сатору.
Когда Сатору вытянул руку с мобильником в направлении лошадей, те снова подняли головы и выгнули шеи.
И снова настороженно подняли уши. Они пристально наблюдали за Сатору, совершавшим непонятные телодвижения.
– Нет, слишком далеко… – с сожалением сказал Сатору и убрал мобильник.
Но лошади продолжали смотреть на нас. Они не спускали с нас глаз, пока мы брели обратно к машине, и, только когда дверцы захлопнулись, снова принялись щипать траву. Простите нас великодушно. Мы потревожили ваш покой!
Есть же на свете такие существа… которые живут вот так, хотя могли бы прикончить нас с Сатору одним ударом.
Если их природный инстинкт велит им вести подобную жизнь, то мое счастье, что я родился котом и инстинкт велит мне бороться за жизнь. Я никогда не спасую – даже перед огромным зверем, во много раз крупнее меня. Хорошо быть отважным, внушающим трепет котом!
На всякий случай еще раз повторю свою мысль: эта встреча с лошадьми имела для меня бесценный опыт.
