Но сделать это можно, лишь разъединив и изолировав всех четверых участников дела, то есть арестовав их. А кто же даст ордер на арест? Никаких формальных для этого оснований сыскная полиция не имела.
Отпустив лесничего, Благово с Лыковым еще долго изучали завещание покойного Бурмистрова. Они отобрали образцы деловых бумаг и сличали руку Ивана Михайловича, стремясь обнаружить подделку. Очень похоже! Присяжные даже и не усомнятся. Тот, кто это сделал, замечательный копиист. Известно: русская земля полна талантами.
Такими, что у себя на кухне двадцатипятирублевый билет нарисуют не хуже, чем в Экспедиции заготовления государственных бумаг…
Посланный на поиски кухарки Титус так до конца дня и не появился. Видать, уж очень глубоко зарылась проклятая баба…
В половине седьмого утра, когда Павел Афанасьевич допивал свой чай, секретарь ввел в его кабинет «патриция». Коренастый, с лысиной и животом, с хитрыми и умными глазами, мануфактурщик начал с извинений за свое вчерашнее поведение. Бес, мол, попутал: сильно переживаю потерю брата… Благово кивнул и без долгих экивоков спросил:
– Ваш брат не обладал ведь сколь-нибудь значительным движимым имуществом?
Бурмистров несколько секунд молчал, словно не веря своим ушам, потом вскочил:
– Значит, вы все поняли?
– Садитесь.
Понял-то я все, доказать ничего пока не могу.
– Хорошо уже то, что вы столь умны, господин Благово. Признаться, я был худшего мнения о нашей полиции. Завещание она вам уже предъявила?
– Да, но не она, а помощник убитого ими Антова – он тоже в деле.
Как и ожидалось, все вдове. И есть свидетели, что Иван Михайлович лично подписал духовную. Почерк, естественно, подделан, но мастерски.
– Как же теперь быть? Вы же видите: убийцы, душегубы пируют на могиле… И мы ничего не можем им предъявить?
– Нужны улики.
– Там сговор? Они свидетельствуют друг за друга?
– Несомненный сговор, но очень умный – придраться не к чему.
– Посадить их на хлеб и воду! Допрашивать без сна и отдыха!
– Для ареста нет формальных оснований.
Такое бывает в нашем деле, господин Бурмистров. Мы же не опричники – для нас существует закон.
– Да, это им все можно… Значит, как с Лельковым?
– Ну, это лишь пока. Гаранжи хитер, но все предусмотреть трудно. Мною послан агент на Кавказ, для собирания сведений о его прошлом. Мы ищем кухарку, что готовила то смертельное варево – она самый важный свидетель. Вы тоже могли бы нам помочь.
– Каким же образом?
– Подгаецкий явно подкуплен.
