Перед мысленным взором все еще стоял образ Лекс с сияющими магическим светом глазами. Такими чуждыми на ее прекрасном лице. Не выдержав больше этих метаний, он отправился в ее покои."
"Лекарь находился в гостиной на случай, если понадобится Хранительнице. Дайрос сразу направился в спальню. Плотно задернутые шторы не пропускали солнечный свет, и комната тонула в полумраке. У кровати Александры нашлась Лалиэн. Дайрос много раз представлял, как пройдет встреча с избранной для него невестой. Но принцесса смогла его удивить, явившись на встречу с луком.
Настоящая воительница, милая, невинная, красивая. Она производила приятное впечатление. Но держалась напряженно. Кажется, ее не радовала приближающаяся помолвка. В принципе, как и его.
– Принц Дайрос, – Лалиэн поднялась со стула, выпустив ладонь Лекс из своей.
На лице принцессы отпечатались все ее тревоги. Девушка волновалась за сестру.
– Как она?
– Так же. Ледяная. Я пыталась согреть ее магией, но ничего не выходит. Мой дар противоположен ее, – в досаде она прикусила губу, сжав перед собой руки в замок.
Дайрос направился к ней, почти не придавая значения обстановке комнаты.
– Лекс сильная, уверен, она выкарабкается.
– Лекс?
– Я привык называть ее так.
– Похоже, в пути вы стали друзьями.
– Так и есть, – Дайрос остановился в полуметре от невесты.
Добрая, искренняя… Уверен, он сможет полюбить ее со временем. А она сможет полюбить его?
– Попробуйте поговорить с ней, – предложила Лалиэн.
– Попробуй, – исправил ее Дайрос. – Ни к чему эта официальность.
Щеки девушки вспыхнули румянцем. Она коротко кивнула, нервно улыбнувшись.
– Я постараюсь, – бросила короткий взгляд на спящую Александру. – Оставлю вас. Может, она проснется, когда услышит голос друга.
Дайрос проводил Лалиэн взглядом. Сбежала от него. Похоже, она действительно не очень рада скорой помолвке и свадьбе.
Он присел на край кровати, сжал своей ледяную ладонь Лекс и наконец взглянул на ее лицо. Кожа казалась белоснежной и словно светилась в царящей полутьме. Он бездумно провел кончиками пальцев по ее щеке, отводя светлую прядь волос в сторону.
Какая же она холодная. Пальцы заскользили дальше. Очертили тонкую бровь, линию вздернутого носа, а потом спустились к губам.
Первым порывом было обнять ее, закутать сильнее. Чтобы скорее согреть, чтобы вернуть румянец нежным щекам и алый цвет манящим губам. Настолько манящим, что Дайрос осознал, что делает, только когда накрыл их своими. Холод ее уст на мгновение отрезвил, но лишь на мгновение.
